Едва ее увели в другую комнату, я кинулся в гостиную, снял со стены «Алоир» и галопом прибежал в спальню сестры. Знаете, я ведь никогда до этого не… ну…
– Не колдовали?
– Да, – Крис кивнул. – Не колдовал. Это было… странно. И до жути страшно. Я дрожал, как заяц, однако делал все, что велел дух. Я поднял картину над мертвой сестрой и сказал какие-то слова. Какую-то непонятную тарабарщину. Сразу после этого я почувствовал, что духа в картине больше нет. Именно почувствовал, понимаете? А потом моя сестра открыла глаза. А я едва не заорал от ужаса.
– Почему?
– Потому что глаза у нее были чужие. Не карие, как раньше, а зеленые, как у кошки. Меня же накрыло осознание, что это не Кристина, а совсем другая девушка. Что я взаправду переместил в тело младшей сестры душу какого-то иного человека. Это был шок. Самый настоящий, господин Эфлер. Я чуть в обморок не упал, представляете? Одно дело разговаривать с голосом, что звучит в твоей голове, и совсем другое – воскрешать покойников. Подобной мистики в моей жизни еще не было.
– Что же случилось дальше?
– Кристина мне улыбнулась. И заговорщицки подмигнула. Я после этого сразу успокоился. Раз – и все. А потом пошел в соседнюю комнату и сообщил рыдающей родне, что сестра жива. Видели бы вы, что после этого началось!..
– Могу себе представить, – усмехнулся Элерон. – Полагаю, после той ночи Кристина Реттер быстро пошла на поправку?
– Да. За месяц ее организм полностью очистился от метастаз, а все органы волшебным образом оказались здоровыми. Лечившие ее доктора были очень удивлены.
– Не мудрено. Такого в их практике наверняка не было. Ну а вы, Кристофер? Понравилась ли вам новая сестра?
– Понравилась, – брат усмехнулся в ответ. – Родственники и друзья отметили, что после болезни Кристина сильно изменилась. Она стала мягче и будто бы взрослее. Перестала капризничать, дерзить матери и бабушке, начала много читать, ходить в театры, научилась кататься на лыжах… Наши отношения тоже стали другими. Мы больше не ссорились и не орали друг на друга. Когда Крис окончательно пришла в себя после болезни, я стал первым человеком, которого она обняла. Мы превратились в лучших друзей, господин Эфлер. В ту самую команду мечты, где каждый стоит за другого горой. При этом я все больше замечал, что сестра меняется не только внутренне, но и внешне. Ее русые волосы стали значительно темнее, плечи перестали сутулиться, а черты лица стали тоньше и красивее. Самое забавное, что это видел только я. Остальные изменений не замечали.
– Вы обсуждали эти перемены с Кристиной?
– Нет.
– Отчего же?
Брат дернул плечом.
– Это было слишком странно. Слишком сложно и непонятно. Я заставил себя поверить: та октябрьская ночь мне приснилась, а сестра всегда была красивой, умной и понимающей.






