ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сильнейшее землетрясение разрушило большую часть Спарты и повлекло за собой восстание рабов-илотов. Правителям государства, оказавшегося на грани гибели, ничего не оставалось, как обратиться за помощью к союзникам. Но когда из Афин прибыл большой вооруженный обоз, спартанцы поставили званых гостей перед выбором: или немедленно отправиться назад, или погибнуть в неравном бою. Изумленные и униженные афиняне ушли, зато политические весы в их стране склонились в сторону тех, кто желал использовать временный упадок Спарты, чтобы навсегда избавиться от угрозы с юга, а затем объединить вечно враждовавшие полисы в могучую греческую империю. Этих реформаторов возглавил Перикл, знаменитый политик, военачальник и государственный строитель. Но сражаться ему предстояло не только с надменнной и агрессивной Спартой. В родной стране с избытком хватало тех, кто завидовал славе «льва Аттики» и желал ему падения. Впервые на русском!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Отсюда его отец вместе с моим отцом отправился в поход, чтобы сражаться и победить в битве при Марафоне, но что с того? Мой отец высказался против отца Кимона на суде, несмотря на их дружбу. Мильтиад зашел слишком далеко. Его судили на этом самом месте, здесь, на Пниксе, и признали виновным. Он умер в тюрьме.

Кимон смотрел на него холодным взглядом. Перикл сглотнул, у него вдруг перехватило горло.

– Вы можете сказать, Мильтиад заслуживал лучшей доли. – Он взмахнул рукой, будто подыскивал примеры. – Вы можете сказать, архонт Кимон много лет кормил бедняков в Афинах! Это сейчас не имеет значения. Вероятно, он убеждал своих друзей отдавать плащи замерзавшим в холодные месяцы людям. Выбросьте все это из головы. Прошлое не в счет. Сегодня на этом суде важны только предъявленные обвинения.

Перикл поднял вверх палец:

– Имел ли Кимон, как победитель при Эвримедонте, право дать свободу царю Македонии, союзнику персов? Тогда, на поле боя, где воздух напитан запахом крови и гарью, у Кимона не было времени, как у нас сегодня, спокойно решать этот вопрос. Не ему полагалось заключать новый союз, обращать врагов в друзей, проявляя к ним милосердие! Эта роль принадлежит совету Афин, самим людям.

Он помолчал, видя, что слушатели заволновались.

– Второе обвинение. Правильно ли поступил Кимон, когда не пошел вглубь Персии, бросил преследование бегущей армии персидского царя и не нанес ей большего урона? Смею заметить, его решение спасло несколько жизней. Сейчас в Афинах живут люди, которые наверняка погибли бы, окажись они в тех неведомых землях. И что с того? Мужчины гибнут на войне! Кое-кто утверждает, что Кимон командовал войском и мог сам принять решение, но сегодня мы судим его за это. Вдали от той речной долины, той боли и усталости, которые они познали тогда. Может быть, ему следовало пойти на риск. Что ж, решать вам, не кому-то другому. Не Кимон, не стратег Эфиальт и не я сделаем это. Если вы признаете Кимона виновным, значит то, как он служит Афинам, вам не нравится. Это ваше право как свободных людей. Судить. Как обвинители, мы тогда потребуем его смерти или изгнания за эти проступки, если их признают таковыми.

Все неотрывно глядели на него, словно Перикл сам себя сжигал на костре и они следили, как он горит. Ему хотелось улыбнуться, но он научился у своего отца суровости, а потому лишь кивнул и поднял третий палец, прижав мизинец большим:

– Последнее. Обвинение в том, что Кимон забрал себе бо́льшую часть золота персов с Кипра, из лагеря у Эвримедонта. Не важно, сколько его людей вернулись домой с полными золота кошельками или с новой одеждой! Архонт может позволить себе большее. Я выслушал тех, кто говорит: Кимон не носит золота, он живет как спартанец.