Странно, за последние сутки я даже не думал ни о чем таком, мне было достаточно просто ее объятий и поцелуев.
И тут я уже начал жадно прижимать ее к себе, чувствуя как мой член от возбуждения, уже был готов рвать материю брюк на клочья.
Я повернул Нику к себе спиной и начал расстегивать молнию на ее тонком бежевом платье.
«Чем не платье невесты», — говорила она, когда мы сегодня его покупали перед загсом.
Короткое изысканное платье в стиле 70-х очень ей подходило. Именно так я его окрестил, когда увидел.
И как бы мне не нравился этот ее выбор, сейчас я бы хотел снять с нее это платье.
В следующую минуту оно уже валялось у ее ног, а я прижимался к ней сзади, пытаясь тоже самое сделать и с остальным ее гардеробом.
Пока одежда слетала с наших тел, мы продолжали целоваться.
Лишь на секунду я остановился, чтобы полюбоваться ее формами. От этого вида, конечно, голову снесло напрочь.
Мы легли на кровать. Наши тела разгорячено прижимались друг к другу,
Я уже еле сдерживался.
Проскользнул ниже ее живота и пальцами раздвинул ее лоно, чтобы войти внутрь, где уже фонтаном сочилось желание Ники.
Все мои действия сопровождались ее стонами, от чего мой член еще более яростно рвался оказаться внутри нее.
И я подчинился его желанию. Но мне давалось это с трудом, как и тогда, в ту ночь в гостевом домике. Было очень тесно, все сжималось. Но в этот раз Ника не отталкивала меня, а наоборот помогала, подталкивая мои бедра все ближе к себе, крепко за них ухватившись.
И на последнем толчке, когда я, наконец, вошел полностью, Ника издала очень громкий стон, похожий больше на крик, буквально впившись в мою спину.
Я и не мог предположить, что у нее до сих пор не было секса. И это, судя по всему, был ее первый раз.
Ох, моя девочка.
Я не стал никак комментировать происходящее, просто прижался к ее обнаженному телу своим, целовал, гладил по щекам и медленно продолжал двигаться внутри нее.
Очень медленно и максимально аккуратно, чтобы минимизировать ее болевые ощущения.
Я решил не тянуть с оргазмом и как только случился позыв, сразу же кончил, выпустив внутрь нее целый гейзер своего днк.
Это было позорно мало по времени, но сейчас было куда важнее состоянии Ники. И судя по тому, как она чуть ли до крови впивалась мне в кожу, ее все же сопровождала боль.
— Как ты? — Прошептал я в ее губы, потом взглянул на нее, немного привстав на локти.
Она смотрела на меня взглядом потерянного и опустошенного человека. Это меня начинало беспокоить.
— Тебе сильно больно было?.. И вообще, почему ты мне ничего не сказала?
— Я не хотела портить момент, как тогда, — она засмущалась.
— Девочка моя, ты же понимаешь…
— Ник, — она коснулась моего лица, — я рада, что это, наконец, произошло.






