— Думаете, он важная шишка? Знаменитость?
— Знаешь, кто он, по-моему? — Он заговорщицки постучал по губам.
— Кто? — спросила она нетерпеливо.
— Думаю, Элвис Пресли. Похоже, они наконец-то засекли его тут, в Падерборге. Говорят, он работал в скобяной лавке, они хотели его схватить, вот и завязалась вроде как перестрелка.
— Ах ты, обманщик, болтунишка, — хихикнула она, игриво стукнув его по плечу.
И они оба повернулись к стеклу, к больничной койке и вентилятору, который мотался из стороны в сторону, словно аккордеон, к экрану кардиомонитора.
— Хочешь кофейку? — спросил он между прочим.
— Очень, — ласково ответила она.
И они пошли по коридору.
В палате было темно, свет исходил лишь от экранов мониторов и разноцветных огоньков на табло и приборных панелях, которые непрестанно перемигивались, вспыхивали и гасли. И только два различимых звука: жужжание вентилятора и медленное, ритмичное попискивание кардиомонитора.
Би-ип… би-ип… Ш-ш-ш. Би-ип… би-ип… Ш-ш-ш. Би-ип… би-ип. Ш-ш-ш.
Ренуик открыл глаза.
[12]
В «Бхагавадгите» Кришна говорит: «Я есть Время, великий разрушитель миров».






