И собой. С мусором в волосах командовать несолидно, а скоро новый бой, возможно.
- Да. Да, спасибо. – Лейтенант сглотнула, перекинула собранные в хвост волосы на грудь и уставилась на них так, будто впервые увидела.
Капитан ждал агентов на боевом мостике. Сразу протянул Николаю руку:
- Майор, я видел вас на пляже. В хороший бинокль. Спасибо.
- Пустяки, - Дронов ответил на рукопожатие. – Лейтенант Принс спасла десантную команду, а я ей просто немного помог.
- Хех, - смешок Олдрина был отнюдь не весёлым. Командир миноносца покачал головой:
- Я сегодня много кого представлю к медалям. И никому их не дадут, по опыту знаю. Придётся самому придумывать, как кого наградить.
Пока «Сорок второй» набирал скорость, удаляясь от острова, сыщики кратко и без лишних деталей описали капитану высадку. Олдрин хмурился, качал головой. Выслушав доклад до конца, сложил руки на груди:
- Нам будет очень сложно убедить командование, что всё было так, как вы рассказываете. Мои непосредственные начальники во флоте поверят, они тоже всякое видывали. Но вот дальше…
- И ведь никаких улик не осталось, - досадливо поморщился Николай. – Хоть бы кусочек той твари получить...
- А я вот скорее рада, что она эдак растаяла, - возразила Настя. – Что-то мне кажется, у подобной дряни даже останки могут быть опасны. И мне не хочется сидеть с куском её плоти на корабле посреди моря. Но время давит. Мы обязаны убедить больших шишек, что дело плохо и пора бить тревогу.
- Что ж, у нас ещё есть шанс нагнать атаковавших, - капитан бросил взгляд на стол с картой района операции. – Посмотрим, что из этого выйдет…
Следующие два часа тянулись, казалось, бесконечно долго. Миноносец резал волны носом, держа заданный курс, туман вокруг постепенно густел. Островок с мёртвой деревней быстро исчез из виду, солнце клонилось к закату. На мостик поднялась Мира – умытая, в новом чистом кителе, всё ещё в сапожках вместо туфель, но уже без оружия и кирасы. Она очень сухо и формально отчиталась перед капитаном, упомянув свою схватку с монстром вскользь и сделав большой акцент на храбрости участвовавших в высадке матросов. Олдрин в свою очередь сдержанно похвалил всю команду десантников, но от взгляда Николая не укрылось то, с какой гордостью командир корабля смотрит на юную помощницу.
Ровно в шесть с камбуза принесли ужин, агенты и офицеры поели прямо на мостике – яичница с беконом, поджаренный хлеб и кофе. Артиллеристы, дозорные и караульные сменились на постах. К тому моменту туман окутал миноносец плотной пеленой, и капитан распорядился не зажигать огни. Стало темно, как ночью – только в небе не было звёзд и луны. Вперёдсмотрящие напряжённо вслушивались в звуки моря, прочие матросы затаили дыхание, стараясь не шуметь.






