— А тебе разве не показывали его портрет? — Юсупов явно был удивлён.
— Я не стала смотреть.
Феликс неодобрительно нахмурился. Чувства чувствами, но зачем из-за них лишать себя полезной информации?
— Ага, вижу. Вон тот прилизанный юнец, — подал голос Иван, взглядом указывая на высокого парня, стоявшего в окружении приятелей.
— Угадал, — кивнул Феликс. — Перед Вами, дети мои, Роберт Альфонсо Тафт. И если хотите получить больше информации, советую раздобыть её самостоятельно. А сейчас прошу меня извинить, мне необходимо решить ещё пару вопросов.
И Юсупов, отделившись от нашей парочки и нацепив на молодое лицо улыбку, направился к группе мужчин, которые неприкрыто разглядывали американцев и о чем-то при этом спорили.
«И чем мы занимаемся?» — вздохнул про себя Иван. Вместо того, чтобы налаживать и укреплять связи на политическом Олимпе Монако (ради чего он и приперся на вечер, ведь за последние годы любви к светским раутам и подобным мероприятиям он так и не заимел)!
Правильно, вместе с всё больше и больше накручивающей себя Натальей они курсировали по залам, избегая контактов с американцами и при этом внимательно за ними наблюдая. Словом, собирали «разведданные». Лудильщиков чувства любимой ощущал прекрасно, да и сам от свалившихся новостей был не в лучшем настроении. Ему очень хотелось переместиться куда-нибудь к полчищам монстров и спустить на них пару-тройку усиленных Фениксов. А лучше лично кого-нибудь разорвать. Или начистить кое-кому рожу, но именно этого пока делать было категорически нельзя.
— Ну, как Ваши успехи? — поинтересовался Феликс, когда парочка подошла к столу «заморить червячка».
— И за ЭТОГО Мадлен хочет выдать меня замуж⁈ — шипела Наталья. — Да он же смотрит на всех словно «король мира». Ходит весь такой напыщенный, а сам… Этикета не знает! Ах, это невежество именуется борьбой с устаревшими условностями! Смотри! Смотри! Он что, ковбой, осматривающий новое пастбище для своего стада?
Феликс на сочащуюся ядом тираду дочери лишь хмыкнул и перевел взгляд на Ивана.
— Увы, на самом деле всё не так отвратно, как того хочется Наташе, — Иван искривил губы в подобии ухмылки. — И на американского погонщика коров этот Тафт не тянет. Легко налаживает контакты и располагает к себе. Манеры, конечно… — тут Лудильщиков был не слишком доволен. Ему в своё время пришлось потратить несколько месяцев, чтобы этикет от зубов отскакивал, а кто-то «бунтует», видите ли! — У него есть определенные пробелы. Но ничего критического. Сейчас даже модно быть эксцентричным…
— Но и ничего выдающегося! Как и весь он в целом! — опять влезла Наташа. — И как Мадлен в голову пришло?
Феликс развёл руками и пробормотал: «Nothing personal, it’s just business».






