ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Продолжение приключений Ивана Лудильщикова в Европе Почти Целитель 8 Ставр Восточный Продолжение приключений Ивана Лудильщикова в Европе Почти Целитель. Часть Восьмая. Глава 1 14 ноября 1910 года. «Однако, как быстро время летит. Я в Европе почти 2 года, а словно вчера прибыл. А если подумать, столько всего случилось — и не перескажешь, »- рассейский граф Иван Фёдорович Лудильщиков, наследный Бо Китайской империи, почётный гражданин Рима, член попечительского совета главного европейского университета, кавалер множества орденов различных держав, сидел на балконе над лучшим рестораном на бульваре Ларватто. За последние месяцы у него новая традиция образовалась: по вечерам понедельников он отправлялся к Каюзакам. Понедельник — день после выходных. Люди после отдыха в работу да учёбу окунаются, многим не до увеселений делается. Посему на улице, где главные злачные места Монте-Карло располагаются — в первый день недели народу вдвое, если не втрое меньше разгуливает. В казино выручка, почитай, мизерная, да и в ресторане у Анри можно даже столик свободный обнаружить. Словом, самый спокойный вечер на неделе. И вот, пользуясь этой передышкой, Ваня с Каюзаком в супружеской квартире, что над самым рестораном располагалась, взяли в обычай пробовать напитки, что Анри изобретал в больших количествах. Сидели обычно на балконе — иногда Ваня представлял подобную дегустацию в Петербурге, на балконе его особняка, да в январе… здесь же климат позволял. Удобно развалившись в креслах, наблюдали за

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С учетом бесперебойных поставок магических зверей — прекрасный навык, позволяющий быстро и качественно поднимать людей на ноги при наличии расходного материала. Причем в таком количестве, что даже Ивану тяжеленько придётся (выдохнется и устанет)… Второй, точнее вторая, получила класс — Вивисектор. Из преимуществ — уже на малых уровнях профильных навыков высокая чуткость и филигранная точность воздействия… Больного лёгким движением руки как конструктор разберёт, а после восстановит, удалив все хвори на клеточном уровне. Ну а третий оказался Классическим Химерологом…

Но не одними магическими классами были интересны Ивановы ребята. Точнее, совсем не ими… Самое поразительное — это их работоспособность и преданность. Будь то мастерская артефактора или Ванина химерологическая лаборатория, а может — Сарапульское клиника. Или бухгалтерия их молодого, но уже удалого рода… Помогали везде, стараясь предугадать и предвосхитить любые потребности и желания своего хозяина (или за кого там они держали Лудильщикова?)…

— Ты так об этом говоришь, словно это кошмар и сто диких ужасов!

— А ты совсем не понимаешь? Я ведь раньше думал, если окружать их заботой, обучить, ввести в общество, то получится сделать их просто людьми… Но… Я же чувствую их эмоции. Более того, они читаются гораздо легче, чем у кого бы то ни было, словно они подсознательно передо мной открывают свой разум.

— И что?

— А то, что они безумны, — Ивана передёрнуло, как от озноба. — Единственное, что доставляет им радость, это служение мне! И всё! Абсолютно!!! И всех вокруг себя они взвешивают на своих внутренних весах с точки зрения пользы для меня… Вот ты прошёл проверку, они будут с тобой приветливы и дружелюбны… А если кто-то проверку не проходит… Ты знаешь, я как-то не задавался вопросом, а почему у меня в Рассее проблем особо и нет? И Огарёв, и даже Вяземский (это с их-то родовой удачей) мне частенько жаловались на интриги конкурентов, что в делах, что при Дворе. И граф Лудильщиков думал, что наверное он такой полезный, такую большую пользу Империи приносит, вот его и не трогают. Может, гнева Императора опасаются… Но ведь есть множество других родов, и полезных, и нужных, а все собачатся друг с другом, грызутся, подлянки устраивают. И никакие кары Императорские никого не останавливают…

— А что оказалось? — глаза Каюзака светились лукавым любопытством.

— А оказалось, что мои архаровцы за последние два года умудрились полкладбища собрать. Более 20 человек, тем или иным способом стремившихся мне навредить, «исчезли без вести или резко сменили место жительства…».