– Командующий ранен!
– Врача!
Оказалось, что главный хирург Воронцов отбыл куда-то в дальний госпиталь. За ним тут же послали лошадей.
Ранение оказалось серьёзным. Осколок влетел в окно, ударил командующего в спину и засел возле позвоночника. Раненый дышал тяжело, с протяжными хрипами, горлом пошла кровь. Похоже, были задеты лёгкие. Требовалась срочная медицинская помощь.
Санная повозка, посланная за армейским хирургом Воронцовым, всё не возвращалась. Кинулись искать кого-нибудь из местных врачей. И вскоре нашли. В комнату, где лежал на забрызганном кровью диване Рокоссовский, словно из прошлого, того, давнего, где раненый был вначале гимназистом, а потом драгуном и носил погоны с полковыми нашивками, вбежал седой старичок – коротко стриженная интеллигентская бородка, круглые очки в тонкой оправе, быстрый, подвижный, со старомодными жестами. Тут же отрекомендовался:
– Доктор Петров! – И, окинув взглядом раненого и оценив серьёзность обстоятельств, при этом явно давая понять, сколь беспомощен он в предложенных ему обстоятельствах, вздохнул: – Что смогу…
– Делайте, доктор, что можете. Что можете, то и делайте, – стараясь быть сдержанным, поторопил старичка генерал Казаков.
Вскоре доктор Петров взял себя в руки и приступил к делу. Ему удалось почти невозможное. Тут же, в комнате с выбитыми стёклами, сделал первую операцию – извлёк осколок, обработал рану, остановил кровотечение. Ему ассистировала военврач 2-го ранга походно-полевого госпиталя № 85 Галина Таланова. Раненый был вполне подготовлен к отправке в тыловой госпиталь, где специалисты могли заняться им в более подходящих условиях.
От тупой боли в спине и груди сознание Рокоссовского то мутнело, то прояснялось. Он видел сосредоточенные, но уже спокойные глаза доктора, увеличенные круглыми линзами старомодных очков в явно дорогой, но уже порядком потёртой оправе. Наваливалась усталость. Доктор что-то бормотал, видимо, не позволял ему засыпать. Не засыпать! Засыпать раненому – дело гиблое. Ну что ж, подумал, солдат на войне иногда получает своё – то сабельный удар, то пулю, то осколок… Не засыпать!
Во время отправки произошла другая история. О ней в одном из интервью рассказал бывший старший оперуполномоченный 2-го отделения Особого отдела НКВД по 16-й армии генерал-лейтенант КГБ, а в то время старший лейтенант НКВД Иван Лаврентьевич Устинов: «Начальник особенного[1] отдела армии мне говорит: “Из Москвы вылетел санитарный самолёт, организуйте эвакуацию и обеспечьте сохранность командующего”. Поехал я к указанному месту, куда быстро привезли Рокоссовского. Он в томном положении был – кровотечение сильнейшее, дышал с трудом… Когда прилетел самолёт, я решил проверить его.






