ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У Дианы Диксон этим летом много дел. Она готовится к соревнованиям по бальным танцам, совмещает две работы и все еще возится с бывшим парнем, который никак не может понять, что между ними все кончено. И все же, несмотря на все это, у нее хватает сил послать Шейна Линдли к черту. Шейн только что переехал в дом Дианы и, похоже, намерен переспать со всей ее командой поддержки. Конечно, он высокий, великолепный хоккеист, но он вторгается на ее территорию. Здесь действуют свои правила: никаких вечеринок в квартире, никаких отношений с чирлидершами и, самое главное, не приставать к Диане. Диана не понимает, что Шейну надоели интрижки и он все еще огорчен разрывом с бывшей девушкой. Он хочет отношений. И когда его бывшая снова появляется в кадре, он решает вызвать у нее ревность и притворяется, что уже занят… Кто же лучше подойдет на роль его подружки, чем Диана, новая соседка? Несмотря на нежелание Дианы нарушать свое правило, фиктивные отношения – идеальное решение ее проблем с бывшим, и вскоре она уже не может отрицать, что между ней и Шейном что-то вспыхивает. Что-то горячее и совершенно неожиданное. И, возможно, это становится слишком реальным.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У меня в гостиной Уилл с Беккеттом сражаются с моим новым секционным диваном. Уилл разрезает ножом полиэтиленовою пленку, извлекая большие диванные подушки, а Беккетт скорчился на жестком деревянном полу, соображая, как основная секция крепится к выдвижной части. Диван я выбрал темно-серого цвета, потому что его проще чистить. Мне, конечно, вряд ли придется самому этим заниматься – по настоянию мамы раз в две недели ко мне будут приходить из клининговой службы. Она точно так же нанимала работников для таунхауса, где мы раньше жили с ребятами. По ее словам, мои способности в чистке останутся посредственными на веки вечные. Я с ней, конечно, не согласен. Думаю, как минимум посредственно я убраться в состоянии. И вообще у меня большие перспективы в области клининга.

– Простите, парни. Диксон надо было потрепать мне нервы. Так она проявляет свою любовь.

Уилл фыркает.

Беккетт с усмешкой отрывается от дивана.

– Прости, приятель, но эту цыпочку тебе ямочками на щеках не покорить.

В этом он, пожалуй, прав.

– Чувак, ты ей и правда не нравишься, – добавляет Уилл таким тоном, будто пытается мне втолковать простую истину. – Я на прошлой неделе обедал с ней и с Джиджи, так при упоминании твоего имени Диана так закатила глаза, что я уж думал, они у нее на хрен вывалятся.

– Вот спасибо-то. Мне

так

приятно от ваших слов.

– Ну-ну, твое огромное эго явно пострадало.

Я принимаюсь помогать Уиллу с подушками, а потом мы втроем совместными усилиями перетаскиваем диван в другое место, потому что, по словам Бекка, у окна его ставить нельзя – зимой будет слишком холодно. Диван мы ставим так, чтобы с него открывался вид на открытую стену из красного кирпича – самую дальнюю в гостиной. Сделав пару шагов назад, я изучаю новоявленную планировку и прихожу к выводу, что получилось просто идеально.

– Надо повесить туда телевизор, – говорю я, указывая на кирпичную стену. – У нас же получится ее просверлить?

– Да вполне себе, думаю, – откликается Беккетт, подходя к стене и тщательно ее рассматривая. Он откидывает спутанные светлые пряди и поворачивается к Уиллу: – Ларсен, подай дрель, а?

– Ты посмотри на себя, – насмешничаю я. – Прямо мастер на все руки.

Беккетт подмигивает.

– Ты что, правда удивлен, что у меня хорошо получается работать руками?

И то верно.

Расправившись с диваном и телевизором, мы отправляемся в спальню – собирать кровать. Я купил двуспальную, хотя в комнате поместилась бы и кровать королевских размеров. Уилл распаковывает детали, мы с Беккетом выкладываем в нужном порядке фрагменты конструкции из гладкого темного вишневого дерева. Бекк за работой болтает о своих планах на лето – обо всем, чем собирается заняться, когда вернется домой.