ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Действие романа о вампирах «Беги» разворачивается в двух временах: 2010-х годах и уже 2035-м – от момента, когда апокалиптические события замечали лишь немногие, к тем временам, когда оставшееся эволюционирующее общество отчаянно борется за свое выживание. Это общество претерпело раскол: одни превратились в послушный скот, другие осознали себя повстанцами, а третьи стали прятаться по лесам. Впрочем, существование в лесу лишь вопрос времени, очень скоро человеческому виду предстоит окончательно разделиться на два вида: отживших свое слабых трусов и утративших страх революционеров. Главная героиня на себе ощутила, как изменилось человечество, она страдает и борется, пытаясь осознать происходящие перемены в целом и себя как часть этих событий. Громко отрекаясь от желания помнить, любить, рефлексировать, она неизбежно нащупывает нравственный путь и смысл своего существования, казалось бы, в проигранной битве. «Кто такие вампиры – кара Господня или неизбежные условия эволюции вида?», «Почему так важно победить страх, чтобы продолжить жизнь на земле?», «Как спасти будущее, в котором мне уже нет места?» – такими вопросами задается Она, вступая в неравную схватку с другом детства, ставшим вампиром, – и схватке этой, разумеется, имя – любовь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Какое-то время я смотрела вслед его высокой удаляющейся фигуре и чувствовала, как меня наполняет странное чувство одиночества. Так со мной не было давно, наверное, с тех пор как я потеряла Леву. И вот теперь это дурацкое чувство одиночества я испытывала, глядя, как от меня уходит чертов вампир! Я не понимала, что со мной происходит. Но что-то происходило. Резко развернувшись, я расправила плечи и направилась в сторону бара «Наше бремя».

Прошло ровно семь дней с нашей последней встречи, и Валька уже ждал меня, сидя за дальним столиком, среди таких же, как он, работников вампирского завода переплавов. Пройдя по залу уверенным шагом, я опустилась напротив приемного сына. Он поднял глаза от кружки с пивом, посмотрел мне в глаза и почему-то не опустил их как обычно. В его взгляде отразилось недоумение:

– Ты другая, не такая… какая-то…

Неожиданно я поняла, что не надела свои солнцезащитные очки. «Совсем расслабилась», – ворчливо подумала я.

– А что не так-то?

– Глаза темнее.

– Валька, брось, я все та же.

Нащупав в кармане пробку от бутылки с фигуркой кошки, вытащила и положила перед ним.

– Вот, видишь, даже кошек люблю, как раньше. Подари жене – ей понравится.

Валька глупо заулыбался, благодарно заглянул в глаза, словно искал подтверждение моим словам, а успокоившись, поспешно сунул подношение за пазуху.

– Ты достал, что я просила?

Он кивнул и взглядом указал, что передаст пробирку под столом. Нырнув рукой под грязную скатерть, я нащупала пальцами заветную стеклянную поверхность небольшой колбы и переложила в карман штанов.

– Легко прошло?

– Нет. Мне пришлось сказать, что ты придешь. Он будет ждать тебя, наверное. Я сказал, что ты хочешь обратиться, что будешь пить… Но он хочет сам. Или проверить, я не знаю.

– Ерунда, отвяжусь от него. Мне действительно пришлось сделать кое-что… Но он не осмелиться меня тронуть, не волнуйся.

Мы молча сидели напротив друг друга и не могли придумать, о чем еще говорить. Наверное, нам стоило многое сказать друг другу, но Валька вряд ли бы смог облечь свои чувства в слова, потому что не умел. А я могла подобрать слова, но ничего не чувствовала. Может быть, я сама запретила себе заглядывать глубоко в себя, может быть, мне просто не хотелось, чтобы он понял, что я рискую? Мне хотелось, чтобы он верил в меня, верил, как когда-то давно, когда был ребенком. Я знала, что снова подведу его, знала, что не смогу спасти. Может быть, только его детей, внуков, но не его самого…

– Ты герой, Валь. Я горжусь тобой. И я хочу, чтобы ты знал – мне бы хотелось, чтобы ты был моим родным сыном.

Это было неправдой, но он мне поверил. Покраснел до ушей и, неловко протянув свою грязную руку, коснулся моей руки пальцами с черной кромкой ногтей. Потом одернул ее, и, не поднимая головы, чуть слышно прошептал:

– Береги себя.