Было воскресенье, и всё, буквально всё было закрыто, даже булочные и киоски. И людей тоже не было на улицах. Тем лучше – ничто не портило моего впечатления. А впечатление у меня было такое, что всё вокруг – это какая-то дореволюционная открытка, раскрашенная щедрой на краски детской рукой. В этом маленьком кишлаке в семистах километрах от Берлина всё выглядело сказочным, как в диснеевских мультфильмах. И древняя крепость на холме, и старый костёл, и река, протекающая через центр городка в глубокой расщелине, с водопадами и запрудами, и лепящиеся друг к другу домики один краше другого – всё было иллюстрацией к какой-нибудь сказке братьев Гримм.
Я испытал счастье от увиденного в никому не известном, но не забытом богом городке и проникся бесконечным уважением к его жителям. Всюду цветочки – и на окошках, и возле дверей в квартиру. Ну, хоть бы где-нибудь один малюсенький окурочек бросили, чтобы не так сильно меня расстраивать.
Да-да, расстраивать! Ибо душа у меня очень большая и вместительная, и я могу одновременно испытывать и безмерное счастье, и безысходное горе. А последнее чувство всё больше и больше брало верх в моей душе.
Я вдруг представил себе русскую деревню в семистах километрах от Москвы, и слёзы навернулись на глаза. Я на слёзы очень богат, потому и смеюсь всегда, чтобы обмануть читателя. Неудобно же мужику плаксой выступать.
Боже, да за что же нам это всё?! Я, конечно, знаю, за что, но не хочу сейчас эту тему развивать, тем более, что бесполезно.
Очень хорошо помню, как младшим ещё школьником я начал задавать неудобные вопросы учительнице. А она мне незлобиво, как несмышлёнышу, объясняла, что очень большие потери мы понесли в войне, поэтому долго восстанавливаемся. Я тогда ещё не знал, что всю Германию в той войне стёрли в мелкий порошок, а всё, что случайно осталось нетронутым, мы вывезли к себе.
Например, завод «Опель» мы вывезли в Москву, оставив на его месте пустырь. И стали выпускать на этом заводе автомобиль с гордым названием «Москвич». Прошли годы, и появился анекдот:
«Международная автомобильная выставка. На подиумах крутятся шедевры инженерной мысли разных фирм. И вдруг объявление по громкой связи: «Организаторы выставки с прискорбием извещают, что сегодня скоропостижно скончался глава компании «Опель». Причина смерти: умер от смеха, увидев автомобиль «Москвич».
А когда я подрос, то, помимо вопросов, решил однажды преподнести учительнице по русскому языку и литературе магнитофонную катушку с песнями Булата Окуджава, записанными с радио «Немецкая волна».






