ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кто же знал, что одно ночное приключение принесет столько проблем?! Элизабет возвращается в Нью-Йорк спустя несколько лет, чтобы получить степень по нейрохирургии и выполнить обещание, данное маме – стать детским врачом-хирургом. Перед главным экзаменом она должна пройти стажировку у самого именитого детского нейрохирурга Нью-Йорка. Отмечая в одном из баров свое возвращение, Лиз знакомится с потрясающим мужчиной, а утром сбегает из его квартиры. Кто же знал, что именно он окажется ее куратором, да еще и помолвленным с потрясающей красоткой, с которой Лиз сталкивается в коридорах клиники. Девушке придется доказать, чего она стоит, и найти свою любовь! Комментарий Редакции: Пикантная любовная авантюра, от которой в груди – приятное волнение, по коже – мурашки, а в голове – тысяча и один сценарий судьбоносной встречи с тем самым.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Полчаса мы обсуждали ход операции, нюансы и осложнения, все задавали мне вопросы. Лиз молча писала.

– Доктор Коннорс, как расценивать ваше молчание?

Она подняла голову от листков.

– Эм… я не знаю, насколько будет корректно мое замечание, но я бы предложила немного поменять ход операции.

Все уставились на нее в шоке, я же – с любопытством, которое едва удавалось скрыть.

– Мы вас внимательно слушаем.

Она кратко изложила свою мысли… и, черт возьми, девчонка была права!

– Элизабет, а вы уверены, что готовы провести такие манипуляции в этот раз? Готовы принять решение?

Джоан смотрела то на нее, то на меня, явно ожидая моей реакции – ну нет, я не доставлю сегодня ей такого удовольствия.

– Да, доктор Спенсер, я уверена. Так будет менее травматично для мальчика. Потребуется меньше наркоза, и мы должны будем закончить операцию быстрее без потери качества.

– Спасибо! Я вас услышал. Коллеги, – я сверился еще раз со своими пометками по ее предложению, – в данном случае я согласен с мисс Коннорс. Она сегодня оперирующий хирург, я ассистирую. Встретимся через 30 минут в операционной.

– Когда вы это успели придумать? – я подошел к Лиз сзади, взял за локоть и подвел к углу конференц-зала, где никто не мог нас услышать.

– Я готовилась к операции, в отличие от вас! – дерзко ответила Лиз.

– В каком смысле?

– Доктор Мэтьюс, вы крутой специалист! Но когда показываешь фокус дважды, еще можно кого-то удивить. Когда фокус показываешь сотню раз, он перестает быть оригинальным.

Я тупо уставился на нее. Что же мисс выскочка имела ввиду. Она нервно теребила свой блокнот, но уверенности в глазах не убавилось. Я парировал:

– Доктор Коннорс, я напомню вам, что мы не в цирке. А мальчик – не обезьянка на поводке. Вот там сидит отец ребенка, – я показал на ряд кресел, которые мы видели сквозь дверь конференц-зала. – У него нет никого кроме сына. Жену он уже похоронил, если вы хотите начать жонглировать жизнью его ребенка, пожалуйста.

Лиз нервно сглотнула, но не отступилась.

– То, что я предложила гораздо эффективнее ваших стандартных методов, доктор Мэтьюс!

– Да, Элизабет, эффективнее. Но вы готовы отвечать за надежность операции перед папой, который сейчас ждет вердикт врачей?

Она опешила и уже открыла рот, чтобы ответить, но я не стал дожидаться очередной колкости. Мне надо было настроиться на операцию, а не пытаться доказать, кто тут главный. Ей не нравятся мои устаревшие методы, так пусть покажет мастер-класс, я не против.

30 минут спустя мы встретились в белоснежной операционной. Огромные лампы освещали Майкла, который выглядел на огромном столе совсем беззащитным. Пищали приборы, Анестезиолог кивнул, когда я вопросительно посмотрел на него.

– Скальпель! – скомандовал я. Лиз протянула мне прибор.