– Слушай, Джун… – Может, ей так же приятно слышать свое имя из моих уст? – Я совсем ничего не помню… Ты, случайно, не в курсе, какие подонки сделали это? – Я указал рукой на дом.
Мне удалось заметить коварную ухмылку на ее милом личике, которая говорила о том, что девушка решила меня подразнить.
– Мне пора на работу! – вдруг заявила она, указывая ключами с забавным брелоком с эмблемой
Green Day
[1] в другую сторону.
– Серьезно?! Ты хочешь помучить меня? – крикнул я.
Но она только взглянула на меня через плечо и окончательно удалилась.
Утреннее пробуждение и уборка после вечеринки – далеко не самое приятное времяпрепровождение. Это больше похоже на то, что ты предпочитаешь поскорее закончить и забыть. Мой случай не стал исключением.
Я зашел в дом и пришел к выводу, что надпись смотрится неплохо – внутри царил еще бо́льший хаос. Повсюду валялись остатки еды, пустые бутылки и еще куча разного мусора. Кто-то счел забавным тушить сигареты о папину английскую мебель, а мамину китайскую вазу пьяные подростки перепутали с туалетом. Я по глупости забыл убрать все хрупкие предметы подальше от приглашенных. К счастью, родители уехали на все выходные и у меня оставалась возможность привести дом в порядок к их возвращению. Правда, мебель и вазу к жизни уже не вернешь…
Во время осмотра дома я то и дело находил новые пятна и разнообразный мусор. На дорогущей люстре висели чьи-то красные кружевные трусы, а ковер напоминал поле битвы.
Видимо, под утро все разошлись, и в доме не осталось никого, кроме меня и торчащей из-под стола макушки. По рыжеволосой голове мне удалось распознать своего лучшего друга – Майкла Райта.
– Доброе утро, старик! – промолвил я, присаживаясь на корточки рядом с ним.
– Еще пять минут, мам, – пробормотал Майкл, перевернувшись на бок.
Я потрепал его по плечу.
– Проснись и пой, дружище!
Пока друг проходил все этапы пробуждения, у меня получилось найти мешки для мусора.
– Который час? – спросил он хриплым голосом.
Выглядел Майкл потрепанно. На черной футболке со «Звездными войнами»[2] красовались пятна от какого-то напитка. Джинсы тоже были испачканы чем-то непонятным. Рыжие волосы растрепались, а в темно-зеленых глазах можно было заметить усталость. Он поморщил свой прямой нос и потер бледное лицо, на котором выделялась россыпь веснушек. И я только сейчас заметил странную рану на его опухшей нижней губе.
– Полдесятого, – ответил я, предварительно посмотрев на экран телефона, где высветилось сообщение с неизвестного номера: «Эшли не соврала насчет тебя. Повторим, Хэйс?»
Какая еще Эшли? Неужели я даже успел заняться сексом этой ночью? А я продуктивен.
Подобные сообщения я получал часто, но практически никогда на них не отвечал.






