ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меня выкинули умирать в Дикие земли — я выжил. Меня пытались унизить в клане — я встал выше. Я не учился магии Теней, но она слушается меня. Инстинктивно. Как пёс — хозяина. Теперь я воин одного из сильнейших кланов города. Проблема. Аномалия. Угроза. И тот, кто пытается от меня избавиться, очень скоро об этом пожалеет. Вождь Алекс Хай Меня выкинули умирать в Дикие земли — я выжил. Меня пытались унизить в клане — я встал выше. Я не учился магии Теней, но она слушается меня. Инстинктивно. Как пёс — хозяина. Теперь я воин одного из сильнейших кланов города. Проблема. Аномалия. Угроза. И тот, кто пытается от меня избавиться, очень скоро об этом пожалеет. Вождь Глава 1 Меня разбудил запах. Не опасности, не горящей смолы, не крови на стали — нет, наконец нечто гораздо приятнее. Отвар чёрных зёрен. Я открыл глаза, и на мгновение не узнал потолка. Не было ни свода казармы, ни матово-серых стен форта, ни привычного ночного неба. Только тёплая, лениво подрагивающая тень балдахина, мягкое утреннее солнце, аромат мебельного лака, бумаги и… — Прекрати смотреть на потолок так, словно он сейчас обвалится, — Ильга появилась в дверном проёме с дымящейся чашкой в руках. — И улыбнись. Угрюмая физиономия совершенно не вписывается в этот интерьер. Она подошла. Ее огненно-рыжие волосы были наспех собраны в пучок, тонкие локоны выбились и касались щёк. На ней была одна из моих рубашек — слишком короткая, чтобы выйти в такой на балкон. Я приподнялся на локтях, позволив себе короткий, совершенно неч

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Дамы, вы, кажется, сговорились.

— Это здесь ещё нет Салине, — усмехнулась Ильга.

Виррен вышла, тактично дав нам с Ильгой возможность ещё ненадолго остаться наедине. Её тёплая ладонь всё ещё лежала поверх моей.

— Самое важное ты уже сделал, — сказала она после паузы. — Город теперь навсегда изменится.

Я вздохнул.

— Значит, всё это было не зря.

Повозка мягко качалась и ползла по брусчатке. Альбигор после пожара был весь в ранах: белые ленты строительных ограждений перетягивали раны улиц, артефактные краны наклонялись, как цапли, а рабочие деловито сновали и постоянно что-то таскали.

Я заметил нескольких Солдат Ноктианцев — они перетаскивали крупные камни и расчищали площадку.

— Как настроение в народе? — Я кивнул в их сторону. — Не пытались поднять их на вилы?

Мы с Салине сидели друг напротив друга. За время моего вынужденного сна магистр стала ещё суше и, кажется, спокойнее. Но я вдел, что под её глазами легли тени.

— Пока ты валялся и пугал лекарей, — сказала она, не оборачиваясь, — Ноктианцы пришли к воротам сами и предложили помощь. Герцог под свою ответственность принял их предложение. Народ присматривался… и, кажется, лёд тронулся. Сам посмотри.

У руин здания Совета стоял лес механизмов. Краны жужжали, перекидывая обугленные каменные глыбы. Рядом работали Ноктианцы — вместе с альбигорцами. Без конфликтов и споров — просто делали свою работу.

Мальчишка в замызганной куртке сунул Солдату глиняную кружку — вода плеснула на чёрные пальцы. Тот кивнул, но вернул кружку обратно — вода им не требовалась.

Лавочник выкатил бочку, раскрыл кран — струя ударила в медный таз. Старуха, присевшая на перевёрнутый ящик, чертила в воздухе знак благословения. Две девчонки на перекрёстке махали Ноктианцам ладошками. Те неуверенно подняли руки в ответ — от них редко чего-то ждали, кроме беды.

— Видишь? — тихо сказала Салине. — Оказалось, им есть что дать Городу.

— Я всегда видел, — отозвался я. — Просто некоторым надо было вколотить это в череп.

Повозка свернула к Храму Двух Ликов. Он поднимался над кварталом тёмным исполином. Вершины башен упирались в небо, над главным входом искрилась чёрно-белая мозаика Дня и Ночи. Лестницы были широкими, как улицы. По ним текла людская река — делегации, сопровождающие, стража, писари с ящиками, жрецы.

Внутри храм был неожиданно светел. Двойная статуя у алтаря — два профиля, слитые в один: День с открытыми глазами и Ночь с закрытыми. Между ними — тонкий клинок, в рукоять которого были вписаны обе вязи. Вдоль колоннад висели каменные гербы кланов.

Мы прошли в выделенную для нас ложу. На противоположных скамьях уже рассаживались делегации кланов. Пламенники — в строгих траурных повязках, Зелёные — с сухими ветвями в волосах, Серые — едва заметные среди теней.