Воздух — суше, чем надо, с горьким привкусом Ноктиума, будто землю сожгли изнутри, а потом остудили хладом безжалостного ветра. Даже луна здесь не сияла — только плоско висела в небе, будто присматриваясь: остался ли кто живой?
Повозка качнулась в последний раз, и Элвина притормозила. Мы добрались.
Скалы в этом месте выглядели так, словно их выломали из чужого мира. Острые, словно кости мёртвых титанов, они вздымались в небо — черные на фоне звёздного неба. Это место я знал. Здесь мы встречались с Пергием ещё тогда, когда союза с Ноктианцами не было и в помине.
Я вышел первым. Плащ хлестал по ногам. Агент на плече был всё таким же неподвижным и тяжёлым, но я чувствовал, что он пришёл в себя. Впрочем, ни пошевелиться, ни заговорить он не мог — моя Тень укутала его слишком плотно.
Элвина осталась у повозки.
— Думаю, мне там не место. Подожду здесь.
— Не хочешь знать тайн Ноктианцев? — Улыбнулся я.
Девушка покачала головой.
— Чем меньше я буду знать, тем лучше.
Я кивнул и потащил пленника ближе к скалам.
Из тени вышли трое. Ветер на секунду притих, и мне показалось, что скалы склонились. Пергий шагал, как и прежде, неспешно и грациозно — каждый его шаг был выверен веками. За ним — двое Солдат, покрытых серой пылью.
«Повелитель», — сказал Пергий, слегка наклонив голову. В его голосе звучала сталь, уважение и та особая нота, которой он не говорил ни с кем другим. — «Чем мы можем служить тебе?»
Я бросил тело на землю. Оно глухо ударилось, замерло.
— Серый орден, — сказал я. — Клан, унаследовавший склонность к управлению Тенями и иллюзиями. Сущие дети по сравнению с тем, на что были способны имперские лазутчики. Но и эти умеют испортить жизнь.
Пергий молча опустился на одно колено, провёл пальцами по шее пленника. Под кожей вспыхнула слабая тень кланового знака. Его лицо не дрогнуло, но я знал — он пытался считать сигнатуру агента.
— Мы стали интересны слишком многим, — добавил я. — Как и ожидалось.
Он не ответил сразу. Вместо этого коснулся виска агента, как бы проверяя биение жизни. Потом поднял глаза:
«Чего ты хочешь, повелитель?»
— Мне нужно твое умение копаться в мозгах, Пергий. Сам он не выдаст имя заказчика.
«Ты мог бы узнать сам». — Пергий уставился мне в глаза. — «Ведь когда-то и тебе пленные рассказывали всё, не открывая ртов»
Я замер. Мысль об этом мне уже приходила. И я её отогнал.
— Тогда у меня было другое тело. В этом осталось слишком мало нашей крови. Оно может не выдержать применения истинной силы. Тем более что недавно я уже вымотал его почти до смерти, — сказал я. — И если сейчас нырну глубже, чем нужно — могу не всплыть.
Мне показалось или Пергий попытался улыбнуться?
«Я подстрахую, повелитель» — мягко произнёс он. — «Но всё же попробуй. Я прошу тебя попытаться».
Его глаза… всегда были странными.






