ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

ВАСИЛИСА Для всех вокруг моя жизнь была безупречной с рождения. Семейный бизнес – да. Престижный университет – разумеется. Идеальная подруга – конечно. Даже мой парень Кай казался подарком судьбы – прекрасный принц из доброй сказки. Пока я не встретила его. Старшего брата своего парня. Человека, которым я издалека восхищалась с шестнадцати лет. ВИКТОР Она – солнечный удар посреди декабрьской стужи. Настырная, дерзкая, невыносимая. Я ненавижу её уверенность. Ненавижу, как она смотрит на меня, будто видит насквозь. Но больше всего ненавижу то, что когда она рядом, я перестаю дышать ровно. Мы оба слишком горды, чтобы признать правду. Она верит в любовь. Я – в её иллюзорность. Но чем яростнее я отталкиваю её, тем глубже она проникает в меня.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сделка

Лисса Джонс

ВАСИЛИСА Для всех вокруг моя жизнь была безупречной с рождения. Семейный бизнес – да. Престижный университет – разумеется. Идеальная подруга – конечно. Даже мой парень Кай казался подарком судьбы – прекрасный принц из доброй сказки. Пока я не встретила его. Старшего брата своего парня. Человека, которым я издалека восхищалась с шестнадцати лет. ВИКТОР Она – солнечный удар посреди декабрьской стужи. Настырная, дерзкая, невыносимая. Я ненавижу её уверенность. Ненавижу, как она смотрит на меня, будто видит насквозь. Но больше всего ненавижу то, что когда она рядом, я перестаю дышать ровно. Мы оба слишком горды, чтобы признать правду. Она верит в любовь. Я – в её иллюзорность. Но чем яростнее я отталкиваю её, тем глубже она проникает в меня.

Лисса Джонс

Сделка

Пролог

Виктор

Гребаный конец моего гребаного мира. Она на коленях.

Она сидит на полу перед Вороновым, развалившемся на кожаном черном диване. Одна его рука на спинке. Другая – в ее волосах. Она давится членом, когда он прижимает её затылок к своему паху и резко дергает бедрами вперед. Характерный звук горлового минета заполняет кабинет владельца ночного стриптиз-клуба.

Долбаное. Крушение. Титаника.

Моя девочка.

Моя.

В темном кабинете, пропахшим виски, табаком и кожей. В белоснежном шелковом платье. Дает трахнуть себя в рот моему лучшему другу.

Время замедляется до чудовищной пытки. Картинка с болью выжигается на обратной стороне сетчатки.

Жилы в узлы. Кровь стынет и густеет.

Кадры из дешевого порно причиняют адскую боль, но, как проклятый мазохист, не могу двинуться с места.

Вот она! Ваша, сука, любовь?! То, чем вы все так дружно восхищаетесь?! Дает поиметь себя до самых гланд?!

Внутри рвет на живую. Буквально. Грудная клетка, ребра, сердце – все трещит по швам. Захлебнуться можно. Любви перегрызают глотку черные монстры.

На первом этаже играет «Happy Birthday». Девочки go-go репетируют ночное шоу. Грузчики заносят короба импортного алкоголя. Во всю готовят вечеринку в честь вернувшегося раньше времени меня. А на втором этаже нашего клуба мой лучший друг зажимает ей нос, заставляя сглатывать.

Ирония судьбы – я прилетел из Германии на несколько часов раньше, чтобы сделать ей сюрприз. Сюрприз получился обоюдным.

С долбанным возвращением! С Днём рождения!

– Глубже, – хрипит Кир, и его пальцы впиваются в ее волосы. – И глотай.

Желчь поднимается к горлу. Спазм тошноты скручивает мой живот, когда, судя по звукам, вырывающимся из его глотки, Кир кончает. Спазм настолько сильный, что приводит в чувство. Я снова могу двигаться.

Шаг назад. Подошва ботинка скрипит.

– Стучаться не… – начинает Кир, но его голос обрывается. Глаза в темноте сначала сужаются. Через секунду расширяются, как у загнанного зверя.

Он узнает меня.

Он знает,

что

будет дальше.