ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды на отдаленной пустоши появилась странная черная крепость, проникнуть в которую никому не удавалось. Вскоре после этого пошли слухи, что крепость принадлежит гоблинам, ворующим детей из окрестных селений. Несколько десятилетий эту беду никак не удавалось избыть, пока не вырос в глубинах этой цитадели мальчик, нашедший путь к свободе… Вера Пол Андерсон Однажды на отдаленной пустоши появилась странная черная крепость, проникнуть в которую никому не удавалось. Вскоре после этого пошли слухи, что крепость принадлежит гоблинам, ворующим детей из окрестных селений. Несколько десятилетий эту беду никак не удавалось избыть, пока не вырос в глубинах этой цитадели мальчик, нашедший путь к свободе… Пол Андерсон Вера Находясь далеко на северо-западе, за горами Бешеной Лошади, Илэнд считался беднейшим из графств. Народу там проживало немного, да и гости забредали так редко, что многим Илэнд казался каким-то неведомым, богом забытым царством. А между тем тамошние жители были вполне довольны своей жизнью и даже счастливы. Процветали крупные фермы, земли которых раскинулись по берегам реки Люты. Приземистые, крытые тростником, но вполне крепкие глинобитные хижины собирались в стайки, образовывая уютные деревушки. Лесорубы и углежоги трудились в Исунгском лесу, что на юге графства, а шахтеры добывали руду в шахтах среди северо-западных холмов Нар. У слияния рек Карумкил и Люты стоял город Йорун. Может, жители других графств и назвали бы его просто «большой деревней», да только имелись

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Возможно, он считал, что «умные слова» способны сделать менее заметным его противный акцент и мерзкое прихихикивание, которым всегда сопровождалась речь гоблинов. Впрочем, детям не с кем было его сравнивать. — На этот раз тебе действительно придется выучить свой урок как следует. Иначе мы переведем тебя на другую работу. Ты ведь не хочешь этого, верно?

Коротышка весь похолодел, да так и застыл перед хозяином со стиснутыми кулаками, лишь время от времени встряхивая головой, чтобы отбросить с лица чересчур длинные патлы песочного цвета, мешавшие ему смотреть.

— Что ж ты молчишь? Не желаешь повиноваться? — прошипел Хорк.

И Коротышка постарался заставить себя забыть о страхе. Он давно уже научился делать вид, что совершенно спокоен, хотя все тело во время разговоров с Хорком мгновенно покрывалось липким потом, а внутри дрожала каждая жилочка.

— Что ты, господин мой! — Коротышка старался говорить уверенно и неторопливо. — Я только никак не пойму, какую ошибку я совершил на этот раз. — Он точно знал, что его последний налет на кладовую прошел совершенно незамеченным.

Хорк выпрямился на своем стуле, сделанном из костей, и в комнату, казалось, вползли мрак и пронизывающий холод, которые ледяным облаком окутали сперва гоблина, а потом и мальчика.

— Ты опять болтал в детской! — заявил Хорк. — И выболтал нечто такое, о чем тебе и самому-то знать не полагалось! Ну, говори, что еще ты успел разнюхать? Что еще успел украсть из сокровищницы нашей премудрости?

— Но ведь никто не говорил мне, что каменная плита над очагом содержит какую-то тайну! — вскричал якобы оскорбленный Коротышка. — Если б ты, господин мой, хоть намекнул, что говорить об этом нельзя, я бы, конечно, молчал!

Серо-голубая физиономия гоблина побагровела.

— Именно потому, что никто тебе ничего не говорил и не показывал, — заявил Хорк, — ты должен был сообразить, что это запретное знание. И откуда ты только услышал про камень над очагом, проныра?

Мужество Коротышки было поколеблено. Он и понятия не имел, что для гоблинов это так важно.

— А просто… господа Брамм и Улюлю разговаривали об этом… в зале Священного Зелья. Они меня видели, но ничего не сказали, не предупредили ни о чем, не велели мне молчать… Прошу тебя, господин мой!..

— Ах вот как! — Голос Хорка несколько смягчился. — И что же ты понял из их разговора?

В душе Коротышки шевельнулась слабая надежда, и он решил выложить все:

— Я ведь не только их разговор слышал, господин мой. Я, например, не мог не слышать и того, как господин Дроннг всегда восклицает: «Нет, клянусь камнем над очагом!», когда бывает сердит. А господа Брамм и Улюлю говорили о том… — Голос у мальчишки сорвался.

— Продолжай, продолжай, — рявкнул Хорк.