ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очнулась в теле умирающей девушки. Ее обманом выдали замуж за немощного дракона. Муж неподвижен, его брат открыто домогается, грозится за неподчинение взять силой. Мне дали второй шанс. Я не имею права отчаиваться. Буду лечить мужа по своей методике, как подсказывает сердце... ******** Меня отравили, превратив в калеку. Дракон замолк, я потерял смысл жить. Но тут появилась она ... моя жена. И чтобы выжить — ради нее, я принял отчаянное решение... (не) Моя Жена Елена Байм Очнулась в теле умирающей девушки. Ее обманом выдали замуж за немощного дракона. Муж неподвижен, его брат открыто домогается, грозится за неподчинение взять силой. Мне дали второй шанс. Я не имею права отчаиваться. Буду лечить мужа по своей методике, как подсказывает сердце... ******** Меня отравили, превратив в калеку. Дракон замолк, я потерял смысл жить. Но тут появилась она ... моя жена. И чтобы выжить — ради нее, я принял отчаянное решение... (не) Моя Жена Родословная драконов 1. Брак поневоле — Бедняжка! Выйти замуж за калеку! — шептались гости, с сочувствием поглядывая на бледную невесту, дрожащими руками сжимающую свадебный букет. — Как ловко они провернули… — пробормотала пожилая женщина в красной шляпке сидящему рядом молодому супругу. — Думается, герцог Бирек тоже в этом замешан. Ни одна уважающая и благородная семья не отдаст за него свою дочь, несмотря на его несметные богатства и родство с императором. — Почему же? — удивился юноша, и понуро склонил голову. Женясь на богатой и очень старой вдове,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— повторил статный мужчина в дорогом камзоле и достал документ с императорской печатью. — Это выписка из родового храма нашей семьи. Мой дорогой и любимый кузен — герцог Бирек, при рождении был наречен Ксавьер Бирек, в честь нашего великого и прославленного предка. Спустя десять лет после этого события родился я, тоже названный в честь великого полководца.

Отец невесты побледнел и осунулся. Он начал догадываться о хитроумном плане, который провернул этот нахальный и наглый молодой юноша.

— Но вы же сами подписали договор, лично, при мне! — упрямо заявил старый барон, продолжая надеяться на благоприятный исход.

— Вот, держите. — герцог протянул старику доверенность, где указывалось, что ввиду недееспособности герцога Ксавьера Бирека его опекуном назначается кузен — герцог Ксавьер Бирек Второй с правом подписи документов на куплю-продажу имущества и заключением деловых договоров и брачных контрактов.

— Старый дурак! — сокрушался барон, сетуя на жестокую судьбу и свою неосмотрительность. Это же он не стал проверять документы герцога, проявившего внимание к его дочери, тем самым обрекая ее на позорный и несчастный брак.

— Вы ввели меня в заблуждение. — нервно теребя жилет, продолжил отец. — поэтому я расторгаю договор и разрываю наши договоренности.

Герцог торжествующе рассмеялся.

— В таком случае смею напомнить про последний пункт договора. В случае его расторжения вы обязаны выплатить мне неустойку и подарить моему подопечному свой замок и земли.

— Но тогда у моей семьи ничего не останется… — растерянно прошептал барон. — только старенький домик в провинции, а у меня еще две дочери на выданье.

Герцог Ксавьер Бирек Второй равнодушно пожал плечами и громко произнес, чтобы слышали последние ряды:

— Барон Рочестер, вы подтверждаете, что расторгаете брачный договор с моим кузеном?

Барон молчал, в волнении кусая губы.

— Ахх. — воскликнула невеста и упала в обморок на каменный пол. Молодой герцог и отец стояли вдали и не успели ее подхватить. Настоящий муж, из-за которого и начался весь этот сыр бор, сидел на первой лавке возле алтаря, заботливо поддерживаемый рослым слугой. И он как две капли воды был похож на своего кузена, только чуть старше.

Он первым заметил, как рвано вдохнула воздух очаровательная и нежная, словно бутон лилии, невеста и стала заваливаться на пол. Он хотел крикнуть, но из его рта не вырвалось ни звука, тело тоже не слушалось.

Как он себя ненавидел! Его сильный дух, заключенный в эту беспомощную оболочку жутко страдал и требовал освободить его и дать спокойно отправить к праотцам, но кузен упорно поддерживал его существование.

Поэтому ничего не оставалось, как плотно сжав зубы, наблюдать за отвратительной сценой, происходящей на его глазах.