ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Ну! Вот мы и на месте! — объявляет Вадим у двери кабинета моего мужа. Его грубый голос перекрывает офисный шум, как рык льва в саванне. Он с размаху распахивает дверь... И мир переворачивается с ног на голову. Ноги прирастают к полу. Кровь яростно стучит в висках. Сердце пронзает раскаленный гвоздь. — Нина?! — вскрикнул муж, торопливо заправляя рубашку в брюки. Перед ним на столе раскинулась та самая рыжая девица, с которой я недавно говорила. Она запрокинула голову, уставилась на меня и ехидно оскалилась, выдав самодовольный смешок. Нехотя сползла со стола, небрежно одергивая подол, будто это я вторглась в её личные владения. — Стучать не учили?! — цинично бросила она, поправляя растрепанные пряди. Супруг тем временем уже застегнул ремень с такой деловитой точностью, словно просто собирался на работу. Я посмотрела на него, и вдруг сомнение вонзилось между рёбер, как лезвие. Что-то здесь... не так. В романе есть: ★ коварство самых близких ★ изобретательный соблазнитель и дерзкие любовницы ★ неунывающая сильная героиня ★ ХЭ для героини

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Разум отчаянно цеплялся за соломинки:

«Чуть не дала» — значит, все же не дала?

Вадим — известный бабник, Костя просто поддерживает друга...

Может, все не так страшно? Может, у нас все хорошо?

Жалкие попытки самообмана.

Слабая надежда — последний оплот перед пропастью.

Я механически взглянула на телефон — прошло два часа. Два часа, чтобы похоронить прежние представления о муже.

Резкий звонок вырвал меня из оцепенения. Сын.

— Да, сынок, — делаю над собой усилие, чтобы голос звучал спокойно.

— Мам, нужно поговорить. Ты свободна завтра? — он старается говорить ровно, но матери не соврешь.

— Конечно. Что-то случилось?

— Нет-нет. Просто встретиться, — врет сын.

— Хорошо, завтра.

Он бросает трубку, оставляя меня наедине с мрачными догадками.

2

Утро растворилось в бесконечных уточнениях, пробежках между столами с декором и вымученных улыбках. Репетиция свадьбы — всегда стресс, но сегодня я ловила себя на том, что забываю слова, теряю нить разговора. Мысли упрямо возвращались ко вчерашнему звонку, к тому, как Костин голос сливался с пьяным гомоном.

Муж явился под утро, пахнущий чужим парфюмом и дешевым коньяком. «Дядя из Германии так разошёлся!» — смеялся он, целуя меня в щеку. Губы холодные, скользкие, как у резиновой куклы. Раньше я верила его «рабочим ужинам», «внезапным совещаниям». Теперь каждый его вздох казался ложью.

Впереди — встреча с Вадимом.

Двери зала захлопнулись за спиной с глухим стуком. Июньский зной обрушился на меня, как удар. Воздух густой, обжигающий, ветра нет.

Осматриваю парковку — где же его машина?

Солнце стояло в зените, безжалостное, слепящее. Я зажмурилась.

— Нина?

Голос не Вадима. Женский, нарочито сладкий, с лёгкой хрипотцой от сигарет. Поворачиваюсь — девушка в цветастом сарафане. Стройная, с небрежными локонами. Ничего общего с грузным, вечно хрипящим Вадимом.

— Простите, задумалась, — автоматически растягиваю губы в улыбке.

Будущие невесты часто узнают меня — соцсети делают свое дело.

— Нам нужно поговорить.

— Разумеется, — глазами ищу Вадима. Его нет.

Значит, есть время разобраться с этой… Волосы у неё — не просто рыжие. Ядовито-медные, как предупреждающая окраска ядовитой лягушки.

По спине пробежал холодок. «Рыжая… с пирсингом на брови» — всплыло в памяти. Всматриваюсь в ее лицо, но огромные солнцезащитные очки скрывают все, кроме моего искаженного отражения.

— У вас отличная укладка. Каждое утро делаете?

— Да… — странный комплимент.

— И как, рога не мешают? — ехидно усмехается.

Тишина. Кровь стучит в висках. Но я не шелохнусь.

— Не понимаю, о чем вы. Пытаюсь уйти, отмахнуться, как от назойливой осы.

Но она не отстает.

— Организатор свадеб — и без мужа! — смеётся. Голос — как скрежет стекла. — Сапожник без сапог! — чеканит девица.