— Что ты хочешь из еды? Я приготовлю, — заботливо предложил Арин.
— Ты ужасно готовишь, — усмехнулась я.
— А ты ужасно ешь, поэтому мы идеально подходим друг другу, — просиял он улыбкой.
Арин — чудо, а не парень. Добрый, весёлый, лёгкий. И красивый. Куда красивее Даммира, если судить объективно. Но ничего не ёкало в груди. И даже вчерашняя попытка предаться разврату — стыдобища, а не сексуальные игрища. Я то набрасывалась на него, то рыдала в три ручья. Собственно, он изначально меня от этой авантюры и отговаривал. Убеждал, что утром я пожалею. И согласился, только когда я пригрозила пойти искать кого-то другого…
В общем, репутацию юродивой я благополучно обменяла на репутацию истеричной брошенки. Молодец, Ида. Конгениальный прогресс!
— Хочешь таму́р? — светлый маг показал несколько крупных водянистых плодов.
Взяла один и попробовала. На вкус как внебрачная связь алое и огурца. Желудок свело спазмом.
— Не хочу.
— Ты понимаешь, что надо есть, чтобы силы восстанавливались? От тебя и так одни глазищи и кудри остались!
— В моём мире худоба в моде, — ответила я, хлебнув кунивы и надеясь, что она не попросится обратно.
— У вас что, еды мало? Нечем женщин кормить?
— Еды полно.
— Тогда я решительно не понимаю, почему. Мне вот фигуристые и сдобненькие нравятся. Как Вероника. Я всё надеюсь, что она Раха бросит и ко мне уйдёт, — мечтательно вздохнул Арин.
— Я всё слышу! — прогромыхал сверху Драхир.
— Вероника, уходи от этого тирана! — крикнул Арин в ответ.
— Тебе Иды мало, что ли? — раздался её голос со второго этажа.
— Она скоро умрёт от голода, — развёл руками Арин и получил от меня шлепок по плечу. — И потом, меня хватит на вас обеих!
— Аринум, ты дошутишься. У меня кулаки чешутся тебе вломить, — на кухню зашёл Драхир, старший брат Джаса.
Вид он, как всегда, имел серьёзный. Брови нахмурены, лицо сурово. Но за этим фасадом прячется настоящий добряк, щедрый и терпеливый. Именно поэтому Арин и шутит так. От Джаса он бы давно в нос получил. Или от Шуры. За ней тоже не застоится.
Наша группа состояла из двадцати четырех магов, и мы расположились в пригороде Минарха. Первые дни прошли словно мимо меня, но сейчас я начала ценить компанию. Несмотря на невесёлые обстоятельства, минхатепцы не переставали друг друга подкалывать и шутить. Их перепалки порой заглушали голоса в моей голове, и становилось легче. Я даже чувствовала себя почти живой. Но ночи…
Арин первым понял, что я схожу с ума, стоит оставить меня в одиночестве. И без спроса переехал ко мне в кровать. Первые несколько ночей я просто рыдала в его плечо, а вчера предприняла попытку забыться в его объятиях. Странно, но неловкости я не чувствовала. Ни вчера ночью, ни сегодня утром. Рядом с ним я не ощущала себя настолько жалкой и нелепой.






