ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Продолжение Путь к Себе Ульяна Муратова Продолжение Глава первая, в которой Даммир пишет письма, но я их не получаю Второй день осени 7027 года Ида, Я совершил жуткую глупость. Мне не стоило с тобой говорить этим утром. Мне не стоило вываливать на тебя все свои несбывшиеся ожидания. Ты ни в чём передо мной не провинилась, а я поступил гадко. Скрыл истинную причину своего интереса, добился доверия и любви, а потом предал их. Если бы этим утром я хоть на секунду остановился и подумал о тебе, а не о себе, то я бы так не поступил. Если бы я повёл себя так холодно и сдержанно, как меня учил отец, всё бы тоже сложилось иначе. Но я стал заложником своих же заблуждений и ранил единственного человека, который видел во мне меня, а не мой титул, происхождение, деньги или дар. Меня растили с чётким убеждением, что одни люди лучше других. Аристократы лучше простолюдинов. Маги лучше тех, у кого нет дара. Шемальянцы лучше остальных. Когда я стал старше, начал понимать, что это не всегда так. Что аристократы могут поступать, как подонки. Что все шемальянцы разные. Что маги могут быть злодеями. Но где-то в глубине я всё равно верил, что я лучше других людей. Ведь я один из самых искусных мечников Нейпы. Ведь я один из сильнейших магов страны. Ведь я принадлежу к Десятке. Ведь я могу в будущем возглавить страну. Ведь я получил лучшее образование из доступных на Карастели. И все играли со мной в эту игру. Подобострастно кланялись при моём появлении. Охотно исполняли просьбы. Предугадывали желан

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мавасы замерли, некоторые застыли на ходу, другие рухнули в песок. Они вдруг снова стали тем, чем являлись, — останками давно умерших людей.

Маги огляделись. Стало тихо.

— Некромант ушёл! — раздался чей-то зычный голос. — И похитил два отряда.

Я не удержалась на ногах и осела на мерзкое месиво из горелых змей и песка. Колени и стопы онемели, но при этом дико болели.

Ко мне кинулась Алёна, наложила руки на лоб, и внутрь хлынула её целительская сила.

— Ида ранена! Вернее, укушена! Организуй портал обратно! — лекарка скомандовала Шуре, и та беспрекословно подчинилась. Спустя пару минут Шура с Вероникой уже втаскивали меня обратно в тот дом, где мы базировались.

Среди нашего отряда потерь, кажется, не было, а укусили только меня. Все минхи ходили в высоких — выше колена — сапогах, и теперь стало понятно почему. Не стоило мне от них отказываться, когда предлагали.

Половина отряда осталась на месте битвы, чтобы сжечь останки и разобраться с ситуацией.

— Ять твою бать, упрямая ты звезда! Говорили тебе — надень сапоги, в рот тебя наоборот, — ругалась Шура, волоча меня к кровати. — Ещё и не жрёшь ни буя!

— Шура всегда ругается, когда нервничает, — мягко пояснила Алёна. — На, выпей для начала вот это, — она достала из лекарской сумки тёмно-зелёный стеклянный флакон. — Горькое, но что поделаешь. Шур, иди что-то поесть принеси, Ида почти не позавтракала.

Огневичка вышла из комнаты, поминая коней и звёзды. Мне стало обидно, я же не специально. И вообще, я не боевой маг, чего они от меня хотят? Я даже копьё где-то потеряла…

Алёна с Вероникой меня разули и стянули испачканные кровью продырявленные штаны. Две худые ноги сиротливо торчали из-под тяжёлой широкой кольчуги. От колен до щиколоток конечности были покрыты укусами — я навскидку насчитала девять штук. От одного только вида стало мерзко и всё сжалось внутри.

Целительница наложила руки на мои колени — и по ногам прошли всполохи голубого цвета. Из ранок заструилась кровь. Стало больно.

— Потерпи, — ласково попросила Алёна, и я молча кивнула, стиснув зубы.

Вероника участливо спросила:

— Может, что-то попить ей дать?

— Да, принеси сока или кунивы. И водички для меня. И фиников сладких. Думаю, что я выложусь до предела. Если усну, скажешь Хвариду, чтобы не будил до следующего нападения, если других раненых не будет.

Рыжая кивнула и ободряюще улыбнулась мне.

— Всё будет хорошо.

— Ненавижу змей! — сквозь зубы процедила я.

Вероникин артефакт в виде чёрной металлической змейки зашевелился и повернул ко мне небольшую треугольную голову, а затем угрожающе раскрыл алую огненную пасть.

— Тихо, Беатрикс, она только про настоящих змей. Артефакты она очень любит, а ты — вообще прелесть.