ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ей 20. Ему 37. И он друг ее отца… Ее секрет Эмилия Грин Ей 20. Ему 37. И он друг ее отца… Пролог Вадим Завьялов Небрежно обмотав полотенце вокруг бедер, я толкнул дверь уборной, сразу почувствовав в доме чье-то присутствие. И тогда я увидел ее. Больше походило на глюки, хоть и выпил я сегодня немного - завтра рано вставать. На моей кровати в тусклом свете луны спиной сидела девчонка. Блондинка. Ее длинные, почти прозрачные волосы рассыпались по плечам под легкой тканью белоснежного сарафана… - Сегодня ты в полном моем распоряжении… - пробормотала незваная гостья, и я чуть не поперхнулся. Я? Даже так. Кровь ударила в виски, в паху резко стало тесно. Сделав шаг, я почувствовал, как влажная ткань полотенца начинает сползать с бедер, продолжая впиваться взглядом в хрупкую девичью спинку. Вот такая романтика, на х** два бантика. Чтобы я всегда так жил… Непослушная девчонка пришла ко мне, потому что захотела, чтобы ей занялся зрелый, опытный любовник. Что ж… Ничего удивительного. Большинство двадцатилетних парней ни черта не смыслили в женском удовольствии. Мальчики с беби фейсами и беби членами. Слова им лишнего не скажи, чтобы ненароком не вогнать в депрессию. «Сосунки, упаковали вещи и пошли в университет учиться!» Девчонке повезло, что я сегодня пребывал в отличном расположении духа, а ещё адски хотел потрахаться - решил уважить смелую девочку, заглянувшую в логово к голодному волку. Поэтому прошу понять и простить мою беспринципность…. Однако, я никак не мог опознать эту нимфу

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И, прежде чем тронуться в путь, Вадим подался вперед: его губы едва коснулись моей шеи, провоцируя мириады мурашек.

- Вера, ну, зачем же ты… - окончание фразы так и потонуло в топоте копыт Грома.

Мы выехали из конюшни поздним вечером, когда первые тени уже сливались с августовской темнотой.

Вадим вел лошадь уверенно, его руки крепко держали поводья, а я сидела перед ним, наслаждаясь теплом его тела за своей спиной.

Я ощущала каждый его вдох, каждое случайное прикосновение, от которого по коже пробегали микроскопические импульсы.

Лошадь плавно рассекала поля.

Чем дальше она уносила нас от базы, тем сильнее нарастало невидимое напряжение.

Внезапно рука Вадима легла мне на бедро, пальцы слегка сжали обнаженную кожу под юбкой, и мое сердце застучало чаще.

Господи….

Темнота вокруг сгущалась, как и это дикое, нереализованное, лишь нарастающее желание, витавшее в воздухе.

В следующее мгновение его губы коснулись моей шеи, зубы слегка оттянули взмокшую кожу, выбивая из моей груди жалобный полу-вздох.

Гром двигался ровной рысью, но я уже почти не замечала этого. Весь мир сузился до горячих ладоней Вадима, которые медленно скользили по моим бедрам, поднимаясь все выше.

- Замерзла? - мужчина слегка задел губами мою мочку.

Прохладный ветерок коснулся кожи, но тут же растаял от горячего прикосновения его рук.

Я откинулась на него, чувствуя, как возбужденный член Завьялова давит мне в попу - я инстинктивно прижалась к нему сильнее, и Вадим резко выдохнул.

Внезапно его ладонь скользнула между моих бедер, заставляя меня резко выгнуться.

- Что ты…

- Тише, - прошептал он прямо мне в ухо, - Мне показалось, тебе это нужно, - тяжелая ладонь рванула ткань моих трусиков в сторону, и спустя миг огрубевшие подушечки пальцев накрыли самое чувствительное местечко на моем теле.

- Вад-и-м…. - мой голос сорвался в едва слышный скулеж, когда он провел одним пальцем вдоль моих складочек, медленно, до невозможности медленно, будто наслаждаясь тем, как я напрягаю бедра, пытаясь хоть немного унять неконтролируемую дрожь.

- Такая мокренькая, - он хрипло рассмеялся, а в следующее мгновение его палец резко вошел внутрь.

Я вскрикнула, но этот звук моментально потонул в грохоте копыт скакуна.

Тем временем, рука Завьялова безжалостно подталкивала меня к краю пропасти… к падению. Во всех смыслах…

Один палец, потом два, три… вытаскивая и снова вгоняя, пока я не начала терять ощущение реальности, на смену которому вскоре последовал взрыв, и мой мир катастрофически переломился, не желая заново отстраиваться.

Я пропала, постыдно содрогаясь в его надежных мужских руках…

- Приходи на конюшню завтра утром, - прошептал Завьялов, ласково вжимаясь в мой висок губами.