— Наверняка у Лоры разыгралось… Уй!
Эдрик по привычке наступил на левую ногу и болезненно закряхтел, потом потер колено и, оставив фразу неоконченной, захромал из комнаты.
Из дома он вышел, угрюмо размахивая книгами, перетянутыми ремнем, и шел осторожно, чтобы облегчить боль от растяжений и синяков. Настроение у него было хуже некуда, причем без всякой надежды на улучшение. Сегодня его не утешала мысль, что во избежание внезапных нападений Этертону Вилларду наняли слугу, который сопровождал этого мямлю в школу и обратно.
Вот уже две недели Эдрик не показывался на уроках, и сегодня его не угнетало скорое и неизбежное разоблачение его прогулов. Теперь у него не осталось ни страха, ни надежды. Его душу заполнило серое, безнадежное уныние.
Он прошел два квартала в сторону школы, повернул за угол, прошел еще полквартала и шмыгнул в переулок, параллельный Корлис-стрит. Еще пару шагов, и он осторожно забрался в старый, вышедший из употребления мусорный бак у задней стены пустой конюшни его собственного дома. На дне бака мальчик отодвинул пару досок и оказался в подземном лазе, который в былые, счастливые времена служил ему с друзьями для игры в тюрьму Конфедерации[34].
Весь перепачканный, он вылез в пустом стойле конюшни и поднялся по шаткой лестнице в каморку на сеновале. Закрыв за собой дверь, он угрюмо опустился на сломанный старый диван.
Эта каморка была его «офисом». Помимо дивана, там стояло сломанное бюро, три искалеченных стула, стол с бывшей мраморной столешницей, а теперь покрытый листом цинка, две пустые клетки для птиц и еще какие-то мелкие безделушки. Стены были расписаны цветными мелками, причем среди рисунков преобладали мотив шеи с головой человека и мишени для стрельбы. На столе лежала потертая подзорная труба без линз, а рядом две коробки — в одной лежали кукурузные рыльца, а в другой семена льна. Этим содержимым Эдрик начинял свои сигареты — гильзами служила стопка нарезанных газет, лежащая рядом. На полках этажерки лежали сухари из пирогов, розовое пасхальное яйцо, четыре ракушки, старинный бубен, на котором еще виднелись очертания женского лица, печатная машинка и ряд книг: «Двадцать тысяч лье под водой», «100 простых розыгрышей». «Книга Джунглей», «Миледи Рота»[35], географический атлас, журнал «Три недели», «Путешествие пилигрима»[36], «Лагерь бойскаутов» и «Тайна графской спальни»[37].
Мрачный взгляд Эдрика скользнул к «Тайне графской спальни» и задержался на ней с суровым недоверием — загадка спальни Лоры оказалась куда более сложной. Слишком утомленный от боли, чтобы содрогнуться, он вспомнил все тяготы прошлой ночи.
Мальчик не приступал к вскрытию матраса, пока не убедился, что весь дом погрузился в сон.






