ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Две сестры Мэдисон противоположны по духу. Одна из них — робкая, застенчивая тихоня, а другая — яркая, эгоистичная кокетка, которая манипулирует вниманием мужчин ради собственного развлечения. Однажды в город возвращается интересный молодой человек, много лет проживший в Европе. Он ищет инвесторов для одного чрезвычайно прибыльного предприятия, и одна из сестер становится его верной помощницей… Бут Таркингтон (1869–1946) — замечательный, тонкий рассказчик. В романе «Флирт» (1912) он повествует о тех временах, когда хорошо воспитанные девушки еще краснели и падали в обморок от полноты чувств. Впрочем, сентиментальность и чувствительность не мешала им находить дорогу к счастью.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Флирт

Бут Таркингтон

Две сестры Мэдисон противоположны по духу. Одна из них — робкая, застенчивая тихоня, а другая — яркая, эгоистичная кокетка, которая манипулирует вниманием мужчин ради собственного развлечения. Однажды в город возвращается интересный молодой человек, много лет проживший в Европе. Он ищет инвесторов для одного чрезвычайно прибыльного предприятия, и одна из сестер становится его верной помощницей… Бут Таркингтон (1869–1946) — замечательный, тонкий рассказчик. В романе «Флирт» (1912) он повествует о тех временах, когда хорошо воспитанные девушки еще краснели и падали в обморок от полноты чувств. Впрочем, сентиментальность и чувствительность не мешала им находить дорогу к счастью.

Бут Таркингтон

Флирт

Москва

ЭНАС-КНИГА

2025

Booth Tarkington

The Flirt

Перевод с английского Галины Эрли

© А. Власова. Обложка, 2025

© ООО «ЭНАС-КНИГА». Перевод, 2025

Посвящается Сюзен

Глава I

Эта история началась в изнурительно жаркий августовский день. По Корлис-стрит в белом саржевом костюме, привлекающем внимание прохожих, способных заинтересоваться хоть чем-нибудь, кроме жары, шел господин по имени Вэл Корлис. Светлый костюм подчеркивал достоинства владельца и был скроен изящно, с претензией на изысканность, не свойственную высокой, могучей, сильной фигуре Корлиса. За своеобразный покрой костюма следовало благодарить портного — истинного художника, орудующего ножницами где-то далеко от Корлис-стрит, потому что подобная одежда чаще встречается за океаном, например, в Трувиле или в Остенде.

Следует объяснить, что такое Корлис-стрит для нашего тихого городка. Эта улица представляет собой что-то вроде местного Булонского леса, или Парк-лейн, или нью-йоркской Пятой авеню, купающейся в море огней. Несмотря на свой космополитизм, эта улица упорно сохраняет провинциальные обычаи — ее жители беззастенчиво рассматривают пешеходов и обращают внимание на наряды прохожих, невзирая на летний зной.

Вот уже семнадцать лет нога мистера Корлиса не ступала на тротуар улицы, названной в честь его собственного деда, и молодой человек со спокойным интересом рассматривал все вокруг. «Когда-то это была самая тихая улица в мире, но теперь она изменилась», — думал он.

Нет, улица по-прежнему оставалась длинной, прямой и затененной пышной зеленью. Высоко-высоко над широкой белой дорогой кроны деревьев соединялись, образуя туннели, с просветами золота и синевы под ясным солнцем августа. Однако былое первозданное умиротворение улицы исчезло — появились автомобили, и пешеходу даже в этот жаркий летний день приходилось вертеть головой в обе стороны, прежде чем перейти дорогу.

Перемены ошеломили Корлиса, вернувшегося в родные пенаты после долгого отсутствия.