Откуда это у тебя?
Милан пожал плечами. С чего ему начать?
– Эту девочку я сегодня увидел в первый раз. Ее похитили.
Теперь глаза отца увеличились настолько, что грозились вылезти из орбит.
– Что ты такое говоришь, парень?
Милан вкратце описал ему таинственные события, начиная с листка на автомобильном стекле до звонка шантажиста на вилле.
– И что он требует?
Тело Курта напоминало Милану сжатую пружину. Еще одно признание, и его отец подпрыгнет вверх.
– 162 366 евро и 42 цента.
Милану показалось, что отец побледнел еще сильнее, когда услышал эту абсурдно высокую и абсурдно неровную сумму.
– За девочку, которую ты даже не знаешь?
– Да.
Курт снова взглянул на снимок.
– Сколько этой фотографии?
– Не больше двух лет, – навскидку предположил Милан, вспоминая лицо девочки в машине.
– Но как это возможно?
– Ты тоже это видишь? – Милан наклонился к отцу.
Тот кивнул. С дрожащими губами он спросил Милана:
– Это ведь ваш секретный язык из тех времен, да?
Г15A12С2Б1-2С18Б1A13С61
Милан подумал о своей первой любви. Об Ивонн, девочке-блондинке из Бинца, далекой от классического идеала красоты и все равно обладавшей притягательной силой, которую сопровождало определенное экстравагантное чудачество. Без макияжа, без прически, непривлекательно одетая – совсем не так, как другие, «обычные» девочки в его классе, которые пытались привлечь к себе внимание узкими джинсами и глубоким вырезом. Она была ниже других, но для Милана выбивалась из толпы даже на переполненном школьном дворе. Его привлекали прежде всего ее глаза. Большие, умные, бирюзовые – как море у мыса Аркона; при каждой встрече их взгляд дарил ощущение, что она видит его впервые и все время открывает в нем что-то новое. И даже годы спустя – когда вкус какой-то жвачки отбросил его на несколько световых лет назад и напомнил об их страстных поцелуях в плетеной пляжной кабинке – он недоумевал, почему так безнадежно влюбился в эту девчонку-аутсайдера. Наверное, потому, что Ивонн относилась к той редкой породе людей, которые являются не тем, что мир в них видит. А тем, как они сами видят мир. А он полон тайн и загадок, которые нужно расшифровать или создать самому.
Как тот шифр.
– Наш с Ивонн секретный язык. Именно.
– Но как это возможно? – Отец повторил вопрос, который вертелся в голове у Милана с тех самых пор, как он нашел фотографию на вилле.
«Как это возможно, что похищенный ребенок пытается коммуницировать со мной на секретном языке? Который придумала моя первая любовь? И который можно расшифровать только с помощью книги, что я украл много лет назад, за сотни километров от Берлина из школьной библиотеки на Рюгене?»
17
Андра
– Как он отреагировал?
– Не совсем так, как я ожидала.






