ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Неукротимая» – освобождающая, дерзкая, мощная и нежная исповедь, бодрящий призыв пробудиться. Это история о том, как одна женщина узнала, что ответственная мать – не та, что медленно умирает ради детей, а та, что показывает им, как жить в полную силу. История той, что отважно признала своего внутреннего зверя, решилась на развод и каминг-аут, позволила себе стать свободной. Это книга о том, как научиться доверять себе, принимать свое тело, уважать свои эмоции, слышать голос интуиции и воображения, доверять инстинктам, найти свое бескрайнее и полное жизни «я». Бестселлер The New York Times, книга, меняющая судьбы – от активистки, спикера, лидера мнений и основательницы благотворительного фонда «Плечом к плечу» Гленнон Дойл.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Убрала мои волосы на одну сторону, прижалась к моей шее и глубоко вдохнула ее запах, как она делала всегда. А затем выпрямилась и ушла в спальню. Я пошла на кухню сварить для нее кофе, а когда обернулась, она уже стояла передо мной на одном колене и держала в руке кольцо. В ее глазах была уверенность, мольба и небо, бездонное, чистое и лазурное. А взгляд напоминал лазерный прицел.

– Я не могла больше ждать, – прошептала она. – Не могла больше ждать ни минуты.

Позже в постели я лежала у нее на плече, и мы разговаривали о том, как прошло ее утро. Она сказала моим родителям: «Я люблю вашу дочь и ваших внуков так, как еще никогда и никого не любила прежде. Теперь мне кажется, что я всю жизнь готовилась к встрече с ними. Обещаю, я буду любить и оберегать их – всегда». Мамины губы дрожали от страха и храбрости, когда она говорила: «Эбби, в последний раз я видела свою дочку такой счастливой и полной жизни, когда ей было лет десять».

Много чего еще было сказано в то утро, но эти мамины слова отпечатались у меня в голове, точно строчка из книги, которая прямо просит, чтобы ее выделили или подчеркнули:

Эбби, в последний раз я видела свою дочку такой счастливой и полной жизни, когда ей было лет десять.

На десятом году жизни искорки в моих глазах начали угасать, и мама видела это. И вот теперь, тридцать лет спустя, она увидела, что эта искорка вернулась. За последние несколько месяцев я изменилась целиком и полностью, даже мое поведение изменилось. Я начала казаться ей царственной. И немного пугающей.

После того дня я стала задаваться вопросом: куда же подевались мои искорки, когда мне исполнилось десять? Как так вышло, что я себя потеряла?

Я провела небольшое исследование и поняла вот что: десять лет – это именно тот возраст, в котором мы начинаем учиться вести себя так, как положено хорошим девочкам или хорошим мальчикам. В десять детям приходится распрощаться с теми, кем они являются на самом деле, и стать теми, кем их хочет видеть мир. В десять мир начинает дрессировку.

В десять он усадил меня и велел вести себя тихо, а потом указал на ряд клеток, в которых мне предстояло жить:

Это – те чувства, которые тебе можно испытывать.

Это – та версия женственности, которую ты будешь показывать.

Это – идеал тела, к которому тебе нужно стремиться.

Это – то, во что ты будешь верить.

Это – те, кого ты можешь любить.

Это – те, кого ты будешь бояться.

А это – жизнь, которую ты будешь хотеть.

Устраивайся. Поначалу тебе может быть неудобно, но не бойся, со временем ты забудешь о том, что это клетка, и перестанешь ее замечать. Вскоре ты поймешь, что это и есть жизнь.

Я хотела быть хорошей и добровольно сдалась в клетку.