ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В Легаси, штат Колорадо, я похоронил отца рядом с его элитной командой Hotshot. Спустя десять лет я пошёл по его стопам — тушу пожары в горах Аляски вместе с братом. Среди пламени ничто не разжигает меня так, как Эйвери Клэр. Упрямая, сильная, чертовски привлекательная — и моя лучшая подруга. Она даже не подозревает, что я влюблён в неё. Но Колорадо зовёт меня домой — каждый пожарный, рождённый в Легаси, нужен, чтобы возродить команду наших отцов. Одна ночь меняет всё между нами. Но её жизнь — в Аляске, а моё будущее — в Колорадо. Теперь я разрываюсь между тем, чего требует от меня честь, и тем, без чего моё сердце не может жить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она не останется здесь, под твоим каблуком, чтобы ты вдалбливал ей чувство вины и заставлял провести всю жизнь в этом доме. Я не позволю. Подпиши чёртову бумагу.

— Ты с ума сошла, девчонка? — прошипел он. — Она моя дочь. Хочешь уйти — иди. Никто не держит. Скатертью дорога. Но она остаётся. — Он указал ручкой на Аделин.

Я села напротив него, наклонилась так близко, чтобы слышал только он:

— Подпишешь, или я расскажу ей, почему на самом деле умерла наша мама.

Он напрягся.

— Ты был под кайфом, когда вёл машину. Понимаешь, ты можешь выставлять свою зависимость последствием той аварии и вызывать жалость, но я достаточно взрослая, чтобы помнить. Мы были у бабушки, потому что маме нужно было вытянуть тебя из этого, пока твои коллеги не поняли, во что ты превратился. Я знала, потому что тогда уже была не ребёнком, слышала её разговоры по телефону и понимала, что такое наркотики.

— Ты не посмеешь, — выдохнул он, и в его глазах мелькнула паника.

— Посмею. Ради Аделин — да. Можешь сколько угодно винить нас за то, что мы родились, но ты был зависимым задолго до той аварии. И я знаю, что единственная причина, по которой ты не оказался в тюрьме, — это то, что ты был в полиции, и твой приятель решил, что потеря мамы изменит тебя. Он не хотел забирать тебя у нас.

— Эйвери…

— Я ненавидела тебя, но всё равно была благодарна, что ты жив.

— Пожалуйста, не надо…

— Но теперь я так больше не думаю. Я без колебаний напишу об этом большую статью в газету. Может, кто-то и не поверит, но, скорее всего, поверят все — включая Аделин. Подпиши бумагу, папа. Отпусти её. Вылечись. А потом найди нас, и тогда посмотрим, сможем ли мы восстановить то, что ты годами разрушал. А пока… Подпиши. Чёртову. Бумагу.

Одно движение его руки — и Аделин была свободна.

И я тоже.

Глава тринадцатая

Ривер

Моё сердце колотилось, когда я заканчивал пробежку. Когда, чёрт возьми, я наконец привыкну к этой высоте? Я бегал каждый день последние пять недель, но всё ещё чувствовал, будто мне нужна пересадка лёгких после четырёх миль.

— Это позор, Зевс, — сказал я, когда мы растягивались у ступенек.

Он поднял на меня взгляд с выражением усталого раздражения и улёгся, пока я растягивал квадрицепсы. Я посмотрел на клумбы, которые сделал на прошлых выходных, и подумал, что бы посадила Эйвери.

Она захотела бы одну вокруг почтового ящика, который я недавно поставил? И имело ли это вообще хоть какое-то, чёрт возьми, значение? Я закрыл глаза, чтобы сдержать волну боли, которая всегда накатывала. Каждое воспоминание о ней приносило с собой изысканную боль где-то в районе того места, где раньше было моё сердце.

Я цокнул языком, и Зевс вскочил, последовав за мной в дом. Всю мебель, что мне не нравилась, я убрал, но был слишком чертовски ленив, чтобы выбрать что-то новое.