Кирилл, добро пожаловать в наш сумасшедший дом!
— Да всё нормально. Мне по душе, — искренне ответил он.
Когда часы показали полночь, Настя объявила:
— Всё, дорогие мои, время подарков!
Друзья окружили именинницу, дарили маленькие сюрпризы, смеялись. Кирилл стоял рядом с Анной, чувствуя, как внутри растёт странное, тёплое чувство.
Развернув небольшой сияющий блеском свёрток, Настя извлекла из него силиконовый фаллос. Комната наполнилось новой волной смеха.
— Дайте догадаюсь. Это от Марины! — воскликнула она, размахивая игрушкой для взрослых перед своим лицом.
Наконец, когда гости начали расходиться, Анна взяла его за руку.
— Пойдём?
Он кивнул.
На улице было прохладно. Ночной воздух пах осенью, дождём и далёкими огнями. Они шли молча, но молчание было лёгким, ненапряжённым.
— Ты в порядке? — наконец спросил Кирилл.
— Более чем, — она прижалась к его плечу. — Сегодня было… хорошо.
— Да, — он остановился, посмотрел на неё. — Очень хорошо.
Она подняла глаза, улыбнулась.
— Ну, спасибо, что не сдрейфил. Кажется, сегодня мы стали чуточку ближе.
— Они часть твоей другой жизни? — он кивнул в сторону ресторана.
— Не только они, но они тоже.
— Что ж, славно. И спасибо за этот вечер, — сказал он.
— Это тебе спасибо, — ответила она. — За то, что ты… ты.
И в этой простоте было больше смысла, чем в любых длинных речах.
11 глава
Они шли по ночному городу, и каждый шаг отдавался в тишине лёгким смехом. Фонари рисовали на асфальте причудливые узоры, а воздух был пропитан осенней свежестью, той самой, что будит в душе и грусть, и необъяснимую радость.
— Ну что, — Анна остановилась у подъезда, повернулась к Кириллу, — может, зайдёшь? Чаю выпьем. Или… что‑нибудь ещё.
Он посмотрел на неё. В глазах огоньки отражённого света, улыбка чуть дрожит, будто она сама не уверена в своём приглашении. И ему безумно захотелось сказать «да». Зайти, остаться, забыть обо всём на свете. Руки сами притянули её за талию. Они обнялись, очень нежно и трепетно, будто пытаясь прочувствовать друг друга с особой осторожностью. Кирилл что-то прошептал ей на ухо. Она засмеялась, а потом они зависли в страстном поцелуе.
Но вдруг в кармане завибрировал телефон. Кирилл достал аппарат, прочитал сообщение, и всё внутри сжалось.
«Кирилл, ты где? Уже поздно. Мы волнуемся. Немедленно домой».
Он вздохнул, сжал телефон в руке.
— Прости… — голос звучал глухо. — Мама пишет. Нужно идти.
Анна опустила глаза, но быстро справилась с разочарованием. Она улыбнулась, хотя улыбка вышла чуть натянутой.
— Понимаю. Родители… Они всегда волнуются.
— Я не могу просто проигнорировать. Прости, правда. Я хотел бы остаться. Очень.
— Ничего, — она сжала его пальцы. — В следующий раз.
Стало до жути неловко. Он в душе гадал, каким мелким и бесхребетным она видит его в этот момент.






