— Как это? — пугаюсь, вспоминая утренний разговор с отцом, да он с меня шкуру спустит, если меня выгонят в первый же день отсюда, — С чего такие скоропалительные и печальные для меня выводы?
— Не с того начали, — просто отвечает Вера Аркадьевна, — Мне позвонила Тамара и рассказала, кто вы такой. Я вижу, что ее впечатление было верным. Нам нужен толковый архитектор, а не бабник.
— Вот как, — расслабляюсь, сажусь, закинув ногу на ногу, — И почему вы решили, что я такой, как меня только что назвали?
— Я ошиблась? — приподнимает бровь женщина.
— Да, — говорю твердо, внутреннее давая себе зарок, не приближаться здесь больше ни к одной женщине ближе, чем на два метра. Даже в лифт не зайду, если там будет кто-то моложе пятидесяти, да и шестидесяти тоже.
— Хмм, — Вера стучит ногтем с нюдовым оттенком по столу и вдруг улыбается, как-то хитро, — Что же, думаю, вам можно дать шанс.
— Еще как можно, — оживляюсь, поправляя свою идеальную прическу, — Я готов работать здесь, не отвлекаясь на … Соблазны.
— Тогда оставьте эту вашу улыбку за дверью кабинета, — строго говорит Вера Аркадьевна.
— Будет сделано, — моментально убираю, делая серьезное выражение лица.
— Вас направляют в архитектурный отдел и ждем туда еще одного нового архитектора.
— Женщина? — тут же расцветаю я.
— Даа, — задумчиво тянет помощница, рассматривая меня, как букашку под микроскопом, — Но на нее особое табу от главного.
— Жаль, — притворно расстраиваюсь я, — Но я обещал, что буду паинькой, а обещания свои я держу.
— Надеюсь, — ворчит Вера Аркадьевна, — И еще, Матвей…
— Слушаю и повинуюсь, — отвешиваю поклон, вставая с кресла. Прием у начальства, как я понимаю, закончился.
— Еще одно опоздание и можете просто не приходить больше в нашу компанию.
Вот так начинается рабочая жизнь и кончается свобода. Я в шоке.
Глава 7
— Ой, Димочка, а я тебя ищу, — вижу, как Фиска остановилась напротив какого-то брутального мужика, похожего на викинга. Бородатый, высокий, широкоплечий, довольно симпатичный.
Мы пришли в этот клуб десять минут назад и ждали столик, который должен был освободиться. Теперь пробираемся сквозь толпу танцующих и вот, такая встреча. Оказывается, подруга не зря выбрала этот клуб, все уши мне прожужжала о своей любви. И вот он стоит перед нами, хмурит брови, разглядывая яркую Фиску.
То, что она яркая — это не то слово, подруга сверкает своими стразами и блестками на коже, как новогодняя елка. На ней белая кожаная юбка по самое не хочу, с полосками страз по бокам, алый топик с надписью на груди по-английски «Секс бомб». Норковую белоснежную шубку та небрежно держит в руке. Да там от шубки тридцать сантиметров, даже до талии не достает. На ногах черные колготки в мелкую сетку тоже с блестками и серебристые сапоги-чулки выше колен.






