ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как выжить во дворце императора, в самом сердце коварных интриг, когда ты самая простая фрейлина? Сплетни, коварные замыслы, соперничество, зависть… Юная Мурасаки Сикибу вступает во взрослую жизнь и отправляется во дворец императора, чтобы служить простой фрейлиной. Она познает тяготы взрослой жизни и радость первой любви. Ей предстоит пройти сложный путь, чтобы найти свое место в этом мире. Роман о взрослении, события которого разворачиваются в чарующем антураже Древней Японии. Понравится поклонникам новелл «Цзюнь Цзюлин», «Сон в тысячу лет», «Ветер и Луна не подходят друг другу», а также сериалов «Наша цветущая молодость», «Запрет на браки в Чосоне», «Императрица Ки» и «Солнце в объятьях луны».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Аяко и Мурасаки шли по дорожке, петлявшей по саду, и, не стесняясь служанки, говорили про предстоящее обучение:

– Я не хочу слушать эту куртизанку… – призналась Мурасаки.

– Придется… – со вздохом ответила ей Аяко. – Матушка права: если ты хочешь удержать подле себя мужа, надо постичь искусство любви. Иначе он быстро потеряет к тебе интерес, заведет еще пару жен, а затем и наложниц. И ты его не увидишь… Вот и думай, что лучше.

Поразмыслив, Мурасаки решила: если Кейко стал так хорош собой, как говорит сестра, то придется «выучить» все уроки куртизанки.

Наконец, среди деревьев показался павильон. Перегородки из плотной рисовой бумаги, закрывавшие вход, были раздвинуты и еще издали приглашали девушек войти внутрь.

Сестры одновременно остановились и переглянулись.

– Ну что, идем? – робко спросила Аяко, хотя до этого выглядела решительной.

Мурасаки кивнула и первой направилась к павильону.

Войдя внутрь, она ощутила сладковатый аромат, от которого слегка закружилась голова, но страхи и сомнения вдруг начали отступать, так что девушка смело вошла вглубь павильона. Аяко последовала за ней.

Ученицы оказались в помещении, где никого не было, и снова остановились, не зная, что делать дальше, но не успели они переброситься и парой слов, как перегородки, закрывавшие вход в боковую комнату, раздвинулись и появилась Хитороми.

– Прошу вас, мои ученицы, входите.

Девушки приняли приглашение и вошли в боковое помещение, где, как оказалось, царил полумрак…

Посреди просторной комнаты стояла ширма, испещренная очень подробными эротическими рисунками, называемыми «сюнга».

Мурасаки, увидев ширму, смутилась и прикрыла лицо рукавами кимоно. Аяко же, напротив, начала с жадностью рассматривать эротические картинки, и куртизанка это заметила.

– Подойдите ближе, госпожа Аяко. И рассмотрите ширму как следует, – посоветовала она. – И вам, госпожа Мурасаки, следует сделать то же самое. Это наш первый урок…

Аяко приблизилась к расписной ширме и буквально впилась в нее взором, а Мурасаки, опустив руки и тем самым открыв лицо, некоторое время стыдливо стояла с закрытыми глазами.

Хитороми подошла к смущенной ученице сзади и наставительным тоном произнесла:

– Любовь – это величайшее наслаждение. В наготе и соитии двух тел нет ничего постыдного.

После этих слов Мурасаки открыла глаза. Рассмотрев вволю эротические сценки, девушки расположились на татами, как раз напротив ширмы, после чего Хитороми трижды хлопнула в ладоши. За ширмой послышался шорох, а затем перед девушками появился статный красавец, облаченный в простое легкое кимоно.

– Урок второй. Сейчас вы будете смотреть на «вложение меча в ножны», – произнесла куртизанка и снова хлопнула в ладоши.