ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меня зовут Алексей Орлов, я реставратор и с детства вижу то, за что Синод в два счета предаст анафеме. Я читаю прошлое по вещам, умею подчинять демонов и слышу шёпот призраков. Один такой, кстати, уже обжился у меня в кабинете. И стоило только открыть мастерскую в столице, как жандармерия позвала консультантом по громкому делу. Смерть известного антиквара Одинцова потрясла общественность, а слухи о его загадочной коллекции уже расползлись по Петербургу. Свидетели путаются в показаниях, улики молчат, но не беда. Потому что настоящие ответы хранят не люди, а вещи. И они уже готовы мне всё рассказать!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Возможно, в Петербурге, с его таинственной атмосферой и многогранной историей, записи об артефактах, накопленных в стенах дворцов и музеев, станут не простым хобби, помощью в раскрытии многих загадок и тайн.

Девушка в красивой форменной одежде проводника поезда, бесшумно катившая тележку с напитками, вернула меня в реальность, предложив горячие напитки. Я заказал чай и взял себе сандвич. Николай, оторвавшись от книги, мотнул головой — мол, не надо. Когда она уехала, он тихо, будто делясь государственной тайной, сказал:

— От ихнего кофею, — намеренно коверкая слова, прошептал он, — меня в прошлый раз на полчаса скрючило. Будто бесенок несварения внутри поселился. Хорошо санузел здесь удобный, но больше так рисковать не стану.

Я не удержался от улыбки. Возможно, насчет бесенка он был не так уж и далёк от истины. В этом мире всё было возможно. Даже то, что мой попутчик, неудачливый выпускник юридического лицея, оказался куда проницательнее, чем мне показалась поначалу.

Пока я пил чай, надеясь на лучший исход, ведь никакой отрицательной энергии ни от него, ни от стаканчика не исходило, в кармане моего попутчика зазвонил телефон.

— Прошу меня простить, — произнес парень, вынул аппарат и вышел к отсеку для чемоданов, чтобы никому не мешать. Я тоже достал свой новенький телефон с маленьким, но уже цветным экранчиком. Он умел хранить и обрабатывать простые файлы и даже выходить в Интернет. Мой прежний телефон с полифонией и одноцветным экраном с синей подсветкой и близко не умел ничего подобного.

Я проверил сообщения. Там было только уведомление о смене региона и пожелание приятного путешествия. Немного поиграл в змейку, но вскоре вернулся мой сосед. Было заметно, что ему очень хочется поделиться со мной какими-то новостями.

— Случилось что-то? — сразу спросил я.

— Угу, — он радостно покивал. — Дядька мой звонил. Ну про которого я говорил. С которым не забалуешь.

— Из Санкт-Петербурга, — догадался я, и Николай кивнул:

— Говорит, что к делу интересному меня подключит.

— Здорово. Еще не доехал, а работа уже нашлась.

— Да и не говори, — махнул рукой собеседник. — Даже не с порога, а еще в пути. Я ж говорил, деловой он у меня. Дисциплинированный, строгий. Подъем в шесть утра, пробежка, контрастный душ — в этом он весь. И меня заставит, как пить дать. Ох… Ну хоть работка что надо. Позвоню потом однокашникам, похвастаюсь. А они пусть дальше пьяные драки у кабаков разнимают, да бытовые конфликты разруливают.

— А что за дело? — полюбопытствовал я.

Парень воровато осмотрелся по сторонам, словно проверяя, не подслушивают ли нас, а затем, понизив голос, произнес:

— Известного коллекционера и антиквара, Глеба Савельевича Одинцова, нашли мертвым сегодня утром.