ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Канун Рождества. США. Мощная и смертоносная снежная буря накрывает Средний Запад, сделав дороги непроходимыми, а перелеты – невозможными. В этом ледяном аду группа путешественников, пытающаяся пробраться сквозь бесконечный поток слепящего снега, сталкивается с тем, что не могло привидеться даже в ночных кошмарах. Их встретили пустые города, брошенные машины, разбитые витрины магазинов, никаких признаков жизни вокруг… пока. Скоро мрачные тени, скрывающиеся в темных углах, обретут очертания – и начнут кровавую жатву. Ведь чужие, тысячи чужих, уже здесь и вторжение началось. Они приходят со снегом. Они и есть снег. И одно лишь леденящее прикосновение превращает людей в зомби-каннибалов. Невероятно кинематографичный, наполненный безостановочным действием и убойным саспенсом боевик ужасов от одного из лучших современных хоррор-писателей. «Абсолютно первоклассный роман ужасов» (). «Старая школа ужасов на пике формы» (Bloody Disgusting).

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

 – Тодд отвернулся и жестом подозвал Кейт.

– Я искал ее, звал, – продолжал мужчина, а его пальцы все глубже впивались Тодду в предплечья. – Сначала подумал, что она решила со мной поиграть. Иногда она от меня пряталась. Но для этого было слишком холодно. И она так и не вышла из укрытия, хотя я звал ее снова и снова и сказал, что это не игра. Я начал ругаться и кричать, велел ей идти ко мне. Но она так и не появилась.

– Что случилось? – спросила Кейт, потирая руки в перчатках.

– Это Эдди Клемент. Его дочь потерялась где-то неподалеку.

– Господи.

– Как ее зовут? – спросил Тодд.

– Эмили.

– Сколько ей?

– Восемь.

– Боже правый, – выдохнула Кейт. Казалось, ее голос упал на октаву. – Как она могла… то есть как долго она снаружи?

Эдди прищурился, пытаясь сконцентрироваться. Он был крепким парнем, невысоким и квадратным, его руки сомкнулись на предплечьях Тодда, как медвежьи капканы.

– Думаю, полчаса. Или час… – Эдди встревоженно помотал лохматой головой, белой от снега. С его бороды брызнули кусочки льда. – Не знаю. Трудно… трудно сказать точно. Не помню.

– Что случилось, Тодд? – Теперь уже и Фред Уилкинсон вышел из чероки. Он дул на руки. – Все в порядке?

Тодд показал Фреду большие пальцы и повернулся к Кейт.

– Посади мистера Клемента в машину, пока он до смерти не замерз.

– А как же моя дочь?

– Мы найдем ее, – пообещал Тодд. – Но сначала вам нужно согреться. Это Кейт Янсен. Идите за ней.

Наконец огромные клешни Эдди Клемента отцепились от его предплечий, оставив тупую боль. Сукин сын, казалось, промял мясо до мышц, и Тодд был почти уверен, что на коже проступили красные следы от пальцев.

Кейт положила руку на широкую фланелевую спину Эдди и повела его к чероки. Тодд заметил две прорехи на пальто Клемента – обе у лопаток, каждая дюймов пять в длину. Ткань вокруг них казалась потертой. Подойдя к машине, Кейт обернулась и выразительно посмотрела на Тодда, словно хотела послать ему свои мысли. Тодд сообразил, что Эдди, должно быть, напугал ее, – он и сам испугался, когда тот вцепился ему в предплечья своими короткими толстыми пальцами.

Фред Уилкинсон подошел к нему, все еще дуя в ладони, и спросил:

– Так в чем дело?

– Парень блуждает здесь уже черт знает сколько. Говорит, что его машина сломалась на шоссе в миле отсюда. – Тодд растер лицо, внезапно почувствовав, что нос немеет. – Говорит, его восьмилетняя дочка где-то здесь. Она потерялась.

– Ты серьезно? – Фред Уилкинсон стал белым, как простыня.

– Ну,

он

так говорит…

– А ты ему не веришь?

Честно говоря, Тодду до этого и в голову не приходило, что Эдди Клементу нельзя полностью доверять.

– Пожалуй, нет.

– Но зачем ему лгать?

Тодд пожал плечами и снова засунул руки под мышки, чтобы согреть.

– Понятия не имею. Но он утверждал, что ходит здесь уже час.