ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Студент медицинского факультета очнулся в очень странном мире... Вокруг - дворяне и простолюдины, нелепые автомобили, сумасшедшие люди. А ещё он - бомж, но этого слова тут никто не знает. Вы, наверно, догадались, что злоключения Лёши только начинаются. И не будет им края и конца. Необычное баяр-аниме, приближенное к реальности. Можно читать отдельно от других книг серии "Следак Её Величества" Попаданец Григорий Грошев Студент медицинского факультета очнулся в очень странном мире... Вокруг - дворяне и простолюдины, нелепые автомобили, сумасшедшие люди. А ещё он - бомж, но этого слова тут никто не знает. Вы, наверно, догадались, что злоключения Лёши только начинаются. И не будет им края и конца. Необычное баяр-аниме, приближенное к реальности. Можно читать отдельно от других книг серии "Следак Её Величества" Попаданец. Чужая империя Глава 1 Пробуждение — Семён! — меня разбудил хриплый голос. — Семён! Я с трудом разлепил глаза. Разодрал. Разблокировал. В нос ударила отвратительная вонь. Голова раскалывалась, к горлу подступила тошнота. С кем я вчера пил? Где я нахожусь? Мне нужно в университет. А вечером — на смену. Чёрт бы побрал эту медицину! Сплошное пьянство и, простите за откровенность, промискуитет. Наверно, вчера опять пили неразбавленный спирт с дончанками. От такого напитка всегда в голове гудит Царь-колокол. — Семён! — хриплый голос стал чуть радостнее. — Я думал, ты сдох! Я присел. Было темно, тепло и душно. Запах — ну просто непереносимый. Всё тело чешется. Волосы сл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В каком-нибудь сибирском ресторане за такой тембр голоса с него бы уже спросили. После долгой речи мужчина со слащавым голосом указал на чёрный стол. Мы вошли в эту зону — и будто перенеслись в другой мир. В зале действительно угадывались английские мотивы. Как будто мы переместились в паб… Выглядело поистине шикарно.

— Да, кстати, — как бы невзначай сказал Иванов. — Телефон тут есть у вас? Звякни-ка, милейший, в участок. Пусть сюда пришлют Соловьёва. И Макара. На машине подъедут…

— Повинуюсь сию же секунду, о мой храбрый следопыт империи!

От голоса распорядителя мне захотелось блевать. Мужчина напоминал нечто среднее между Филиппом Киркоровым и Димой Гудком. И такой подобострастный голос совершенно не вязался с его внешностью.

Не нужно было быть гением, чтобы догадаться. Этот императорский жандарм не просто так попросил подогнать полицейскую машину к кафе. Виновник тому — я.

— Ну-с, — следователь махнул рукой в сторону кресла. — Не стой столбом. Говорю тебе, кушать хочу так, что погибаю. Ежели на твоём языке: жрать, жрать хочу-с!

И Иванов рассмеялся, но, увидев моё постное лицо, вдруг стал серьёзным.

— Да, без зелёного змия ты точно не просветлеешь.

Мы присели за стол. Я даже не успел взять в руки меню, как набежали официантки. Нас обслуживали две юные девушки с ослепительно белыми волосами. На них были юбки, аккуратные передники, тёмные блузки. Они ничего не говорили, а лишь улыбались Иванову. Меня же не замечали в упор.

Появилась фарфоровая посуда, серебряные ложки и вилки. Тканевые салфетки. Девушки исчезли на минуту, а потом — начали носить блюда. Они даже не спрашивали, чего мы хотим! Возможно, мне стоило возмутиться. Но, наверно, я был не в том положении. И в России 2022-го года, и в её кривом отражении 1989-го я не ел уже давно. Я это чувствовал.

— Хороши русские девочки, — подмигнул мне Фёдор. — Доводилось ли тебе бывать в Османской империи? Есть у них королева красоты, Фаризада Рахмат. Так у неё усы, прости господи, лишь немного уступают моим. А брови!

Иванов улыбнулся, а я — начал хохотать, ибо у следователя были довольно густые усы. Никогда не понимал, зачем мужики их отращивают? Чтобы волосы из носа не выщипывать? Следователю усы, наверно, даже были к лицу. Но все равно… Мысль переключилась на еду. Появились аппетитные соленья: огурцы, помидоры, грибы.

Фёдор подцепил лисичку и отправил в рот. Я последовал его примеру. Затем мы отведали закусок. Были тут мясные рулетики с сыром, баклажаны, а ещё — зелёные листья, внутри которых — острая морковь. Если Фёдор ел медленно и степенно, то мне было трудно держать себя в руках.

— Не спеши, — сказал он. — Это только разогрев.

Подали борщ. Густая сметана была щедро налита в чугунный горшочек с супом. Что я могу сказать? В моём родном городке бы такое блюдо оценили.