ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Николай Васильевич Гоголь – гениальный сатирик, прошедший путь от сына мелкопоместного провинциального дворянина до прославленного писателя. Таким мы знаем его со страниц школьных учебников. Но ведь никто не рассказывал, что Гоголь обожал рукодельничать, практически не имел друзей, а еще рассорился с критиком Белинским! В новой книге серии «Самая полная биография» вы найдете уникальные факты и удивительные подробности жизни писателя. Был ли Гоголь на самом деле душевно нездоров? Кто был величайшей любовью писателя? Был ли он «болен» манией величия? И неужели священник, его духовный наставник, был злым гением, потребовавшим уничтожить рукопись ради собственной славы? Ответы на эти вопросы вы найдете в новой книге Ионы Ризнич. Иона Ризнич – творческий псевдоним Марии Багановой, автора многих книг по истории России и большой поклонницы творчества Николая Васильевича Гоголя. В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Из Бейрута писатель морем прибыл в Одессу, где должен был выдержать положенный карантин. Потом он поселился у Сабанеева моста, во флигеле дома, принадлежавшего графине Толстой, в двух комнатках. В одной из них стоял только круглый ясеневый стол, на котором лежала одна книжечка – Новый Завет на греческом языке. В другой – кровать, два стула и у окна ясеневая конторка, на которой лежала небольшая, но толстая тетрадь.

В Васильевке

Не обретя у Гроба Господня желанного душевного покоя и вдохновения, Гоголь поехал на родину к своей семье. Должно быть, ему казалось, что дома, в Васильевке, все исправится и он снова станет радостен как прежде. Он специально старался подгадать день приезда ко дню своих именин, которые он праздновал 9 мая. Он почему-то вообразил, что его именины непременно празднуют, что накрыт стол, что все его ждут, хотя сам не позаботился уведомить родных о своем приезде. Гоголь решил сделать родным сюрприз, но это оказалось не лучшей идеей. К его приезду ничего готово не было, не было ни накрытого стола, «ни пирога, ни шампанского, даже люди на панщине работали», – писала его сестра Ольга.

Матери и сестрам пришлось спешно организовывать застолье – но вечер не задался, а настроение Гоголя стало еще хуже. «Как он переменился! Такой серьезный сделался; ничто, кажется, его не веселит, и такой холодный и равнодушный к нам. Как мне это было больно», – вспоминала Елизавета. Особенно ее огорчило то, что на следующий день Гоголь отправился гулять, не побыв с родными: «Грустно: не виделись шесть лет, и не сидит с нами».

«Ты спрашиваешь меня о впечатлениях, какие произвел во мне вид давно покинутых мест. Было несколько грустно, вот и все», – признавался Гоголь Данилевскому.

Ольга Васильевна ожидала, что путешествие в Иерусалим возвратит брату душевное спокойствие, прежнюю веселость и работоспособность; но, как только он приехал в Яновщину, она с первого взгляда на его осунувшееся, страдальческое лицо поняла, что эта поездка не только ничего не дала ее брату, а даже, напротив, еще более подорвала его слабеющие силы. Он стал грустен, меланхоличен и все время читал Евангелие. Всем показалось, что он был разочарован поездкой в Иерусалим, потому что ничего не хотел о ней рассказывать, хотя все же привез родным освященные на Гробе Господнем крестики – других подарков не было.

Побыв дома совсем немного времени, Николай Васильевич уехал в Полтаву. Спустя несколько дней вернулся… и снова уехал – в Киев, к Данилевским. Елизавета просила взять ее с собой, но брат отказал.

И в Киеве Гоголь пробыл очень недолго, причем все это время был не в духе и страшно скучал, списывая свое дурное настроение на сильную жару.