ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Объявленный розыск снят силами эксцентричного отпрыска вражеского рода, но моя история в банде Червонной Руки на этом только начинается. До вступительных экзаменов остается меньше полугода, а я еще не сделал ничего из того, что запланировал. Так что впереди меня ждут новые вызовы, жестокие битвы и даже, возможно, любовь (я, что, не человек, что ли?). В любом случае просто не будет. Но это и неплохо, ведь только в сложностях можно стать по-настоящему сильным. Пламенев. Книга 4 Сергей Карелин Объявленный розыск снят силами эксцентричного отпрыска вражеского рода, но моя история в банде Червонной Руки на этом только начинается. До вступительных экзаменов остается меньше полугода, а я еще не сделал ничего из того, что запланировал. Так что впереди меня ждут новые вызовы, жестокие битвы и даже, возможно, любовь (я, что, не человек, что ли?). В любом случае просто не будет. Но это и неплохо, ведь только в сложностях можно стать по-настоящему сильным. Юрий Розин, Сергей Карелин Пламенев. Книга IV Глава 1 От новой рубахи из плотной шерсти чесалось под мышками, будто между тканью и кожей насыпали песка. Я поправил воротник, потом снова — накрахмаленный край упрямо заламывался, впиваясь в шею. Штаны, сшитые на заказ в дорогой портняжной, сидели хорошо, но каждый раз, когда я сгибал ногу или переносил вес, чувствовал непривычное сопротивление ткани, скрип новых швов. Это отвлекало, заставляло концентрироваться на незначительном, забывая о главном. Я стоял перед дверью из темного, отполи

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Выпьем за новолетие! А главное — за твое… хм… освобождение от клейма! Да-да!

Он сам поднял массивную серебряную чарку, расплескивая темное вино по рукаву дорогого, расшитого камзола. Блондинка быстро и ловко вытерла ему руку маленькой льняной салфеткой, не переставая улыбаться.

Я взял свой бокал. Вино было густым, почти непрозрачным, пахло спелыми ягодами, дубом и чем-то терпким, пряным.

Сейчас один глоток — для приличия. Дальше — только если будет прямое давление, и то по минимуму. Главное — держать голову холодной, а язык за зубами.

Поднял бокал, кивнул в его сторону коротким, почти незаметным движением головы.

— За новолетие.

Пригубил. Вино оказалось на удивление сладким и одновременно крепким, тепло сразу разлилось по желудку, оставив долгое, терпкое послевкусие. Я поставил бокал обратно на стол, не выпив и трети.

Младший Топтыгин, осушив свой бокал, на какое-то время забыл про меня, снова занявшись блондинкой, которая умело подлила ему вина, не отвлекаясь от массажа и тихой беседы. Я продолжил сидеть, не особо понимая, что можно говорить в такой ситуации и когда это можно делать.

Спустя пару минут он будто бы заметил полный бокал и вновь поднял тост.

— Выпьем за тебя, Александр! — провозгласил он, взмахнув на этот раз так, что жидкость плеснула на скатерть. — За твое здоровье, за силу твою, за удачу! Чтобы процветал, богател, женщин имел сколько влезет! Уррра!

Он снова осушил бокал до дна, потом шумно выдохнул. Лицо еще больше покраснело. Я выпил еще ровно половину того, что оставалось. Теплая сладость разлилась по горлу.

В этот момент рыжая официантка, стоявшая рядом, вдруг присела боком прямо на мой стул. Ее пальцы легли мне на правое плечо, начали разминать мышцы через ткань рубахи.

— Такой напряженный гость, — прошептала она слишком близко к уху. Дыхание пахло вином и мятой. — Плечи каменные. Видно — силач. Много тренируешься?

Ее рука скользнула ниже, к спине. Движения были уверенными, настойчивыми. Она явно решила, что, раз меня так чествуют, я должен быть важной персоной и обслужить меня — ее прямая выгода.

Я посмотрел на молодого человека. Он полулежал в кресле, рубаха на нем уже была расстегнута почти до пояса, и блондинка, сидя на подлокотнике кресла, лениво водила ладонью по его обнаженной груди и животу. Он смотрел на нас сквозь полуприкрытые веки с пьяным интересом.

Внимание девушки было приятно на физическом уровне — мышцы после постоянных тренировок и того боя действительно ныли, а ее пальцы знали, куда нажимать, хотя я бы предпочел куда более сильный нажим. Ну и подобное внимание от действительно очень красивой девушки тоже, разумеется, приносило удовольствие.

Но подтекст сводил все на нет. Наклонился вперед, будто чтобы поправить чарку на столе, и ее рука соскользнула с моей спины.