ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Они оба научились прятать шрамы прошлого глубоко под кожей. Эмма – та, кто слишком рано повзрослела и привыкла выживать в одиночестве. Кошмары преследуют её везде, но она научилась с этим жить. Кристофер Блэк – хищник в мире людей. Наёмный убийца, выросший из собственной боли и крови. Он не ищет спасения, он приносит смерть. Их встреча становится роковой: для неё это шаг в запретный, опасный мир, для него – сладкое искушение, которое рушит стены, возведённые годами. Он может стать её спасением. Она – его погибелью. Но стоит ли любовь того, чтобы рискнуть собственной жизнью?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Из-за маски и капюшона я разглядела только чёртовы глаза. Да, именно чёртовы. Возникает ощущение, будто на меня смотрит сам Сатана. Его взгляд не был просто «страшным». Он был программным сбоем. Один взгляд – и внутри всё перезагружалось, выдавая ошибку «система не найдена». А этот голос… Грубый, низкий, будто доносящийся из-под земли. Он оставлял на коже след – не мурашки, а скорее лёгкий химический ожог. И самое мерзкое – часть моего мозга, та самая, что отвечает за инстинкт самосохранения, настойчиво требовала: «Ещё». Чёрные, как смоль волосы, проглядывавшие из-под капюшона. А! Я сказала про рост? Он нечеловечески высок. За 190, легко. Когда он возвышался надо мной, я чувствовала себя не просто маленькой, я чувствовала себя другой формой жизни, более хрупкой и временной. Широкие плечи и спина… От него так и веет неимоверной силой. Как будто из качалки не вылезает, ей богу. Остальное не рассмотрела, дурацкие жалюзи. Но ему есть чем хвастаться. Да он чёртов шкаф! У него вид охотника, головореза, маньяка. Да всех на свете, кто дружит со словом – ОПАСНОСТЬ.

Зайдя к Антонио, я обнаружила, что он очень нервно убирается в процедурной. Протирает антисептиком столы, инструменты использованные бросает в ведро со специальным раствором. Руки подрагивают, а челюсть сжата так сильно, что жевательные мышцы вздулись твёрдыми узлами. Это был не просто стресс, это мышечный блок, реакция на острую травму. Я видела такое у пациентов после ДТП.

Не желая его пугать своим неожиданным приходом, я аккуратно стучу о край двери и шепчу:

– Антонио, могу войти?

Он слишком медленно поворачивает ко мне голову, будто его сейчас убьют, если он сделает неверное движение. В глазах страх, но как только он видит меня, расслабляется.

– Да… Конечно, заходи. – на выдохе говорит он и отворачивается, чтобы продолжить отмывать капли крови, которые запачкали пол. – Тебе что-то нужно?

– Нет, просто узнать, как ты. У тебя всё хорошо? – Аккуратно спрашиваю я, опираясь о дверной косяк. Пальцы нервно перебирают край рукава.

– Да, лучше не бывает. Спасибо, что спросила. – Даже если он пытается скрыть дрожь в голосе, у него плохо получается.

– Ты уверен?… Я видела того пациента…

– Я сказал, что я в порядке,

maldita sea

! Что ещё тебе от меня надо?! – рявкает он, поворачиваясь ко мне. В его карих глазах гнев и страх. Но через секунду, видя, как я вздрогнула, он вздыхает и шепчет.

– Прости, Эм. Я… я не хотел на тебя так кричать. Тяжёлый день, понимаешь? Всё навалилось. – В его голосе сквозит вина, но дрожь никуда не делась. Испанский акцент стал более четким из-за испытываемых эмоций. Антонио опускает взгляд и возвращается к работе.

– Ничего, я понимаю. Прости за беспокойство. – Шепчу я, но он лишь кивает.

Выйдя из процедурной, я ещё больше погружаюсь в свои мысли.