Рубцовый Узел перевёл автоматически раньше, чем я успел подготовиться.
ЯЗЫК СЕРЕБРА: перехвачен фрагмент.
Перевод: «Покажи путь».
Источник: Глубинный канал (412 м).
Частотный профиль: совпадение с предыдущим перехватом — 0% (другое «слово», тот же «голос»).
Идентификация источника: неизвестная сущность (подтверждено).
Классификация запроса: просьба, приказ, мольба — неоднозначно.
ВНИМАНИЕ: сущность демонстрирует коммуникативное намерение. Это не эхо. Не отражение. Это диалог.
Я открыл глаза. Темнота расщелины смотрела на меня, и я смотрел в ответ.
Вчера ночью было — «Кормилец вернулся». Фиксация присутствия, как приветствие сторожевого пса, который учуял хозяина за дверью.
Сегодня — «Покажи путь». Просьба или приказ, или мольба. Система не могла определить тональность, ведь в Языке Серебра, где я знал три слова из сорока, различие между приказом и мольбой могло заключаться в одном обертоне, которого Рубцовый Узел не улавливал.
Что-то, запертое на глубине четырёхсот метров, лишённое тела, оставившее лишь слепок в пустой камере диаметром пять метров, обращалось к единственному человеку, чей Рубцовый Узел резонировал с его частотой. Наро кормил его четырнадцать лет. Табличка в архиве: «Не будить. Кормить. Ждать». Наро знал. Старик выбрал симбиоз, а не борьбу. И за четырнадцать лет ни разу не услышал голоса, потому что его совместимость никогда не достигала порога, при котором связь становится двусторонней.
«Покажи путь». Куда? Наверх, к свету, к поверхности, где растут деревья и живут люди? Или вниз, к нему, в темноту, где пустая камера ждёт того, кто заполнит её собой?
Я не знал. И не мог узнать, не задав вопрос. А чтобы задать вопрос на Языке Серебра, мне нужно знать больше трёх слов.
Рина знала сорок.
Кайрен ушёл шесть часов назад, и с ним — единственная ниточка к человеку, который мог научить меня разговаривать с тем, что лежало подо мной. Но Кайрен оставил два ориентира на карте, и Далан эти ориентиры запомнил. Связь существовала — тонкая, медленная, как переписка на бересте, но существовала.
Я поднялся, отряхнул колени. Сделал три шага от края расщелины и остановился.
Даже без варки Экрана, просто поддерживая камень в рабочем состоянии, протокол, который спасает Реликт, одновременно толкает меня за порог.
Поднялся наверх, протиснулся через щель между камнями и вышел в ночной воздух подлеска. Кристаллы на стволах горели ровно все, кроме одного — верхнего, который по-прежнему мерцал.
Мастерская встретила меня запахом сушёных трав и ровным дыханием спящих.
Я закрыл дверь мастерской, лёг на лежанку и уставился в потолок.
Глава 12
Горт перегрел вторую склянку.






