Выждав, когда толпа утихнет, император провозгласил:
— Главным призом первых магических игр империи станет Центр Черепановских волшебных земель и титул князя!
Над стадионом повисла тишина настолько густая, что Пашин оттянул воротник своей рубахи, сорвав верхние две пуговицы, так как дышать стало невыносимо.
А потом толпа грянула, будто сотни бомб одновременно.
— Да-а-а!!!
— Ура-а-а!!!
Толпа бесновалась, и Пашин сглотнул. Титул князя? Стратегически важные земли для всей империи? Да бояре устроят настоящую мясорубку, не считаясь с потерями! Господь всемогущий, да тут настоящая война начнётся!
Чиновник шумно сглотнул и шёпотом пробормотал:
— Устоит ли город…
Ему никто не ответил, потому что никто не знал, что сейчас творилось в головах глав боярских родов.
Богдан Михайлович Барклай де Толли, князь Красноярский и пра-пра-внук великого полководца Российской империи, внимательно читал устав магических соревнований, что затеял император, и параллельно слушал обстоятельный доклад своего первого помощника и двоюродного племянника в одном лице. Тому уже было глубоко за сорок, но он не утратил живость ума, а потому делал не просто скучный доклад, а рассказывал всё по существу, отмечая все важные моменты в каждой новости.
— И ваша дочь вернулась из добровольного отшельничества.
На это князь поднял взгляд и удивлённо посмотрел на родственника.
— Причина?
— Большая вероятность, что это связанно с грядущими соревнованиями.
— Но ведь она не боевик, — князь опустил глаза на устав. — А это значит, будет выступать кто-то, кого она знает.
— Пока нет предположений, — пожал плечами помощник, сразу поняв на что намекает князь.
— Архип, — немного подумав, обратился к помощнику князь, — установи за Аглаей тотальную слежку.
— Будет исполнено, — кивнул помощник.
— И… — князь раздражённо потёр переносицу, — пригласи дочь ко мне. Скажи, я хочу поговорить.
Отношения с Аглаей у князя всегда были натянутые, о причинах которых князь не любил думать.
Спустя не полный час в кабинете князя красноярского раздался стук.
— Открыто, — крикнул он и поморщился. Только дочь заставляла его так делать, игнорируя уверения секретаря, что ее ждут.
Дверь распахнулась, и в кабинет вошла молодая огненно-рыжая красавица с синими брызгами глаз.
— Вызывали, папа? — почти официальным тоном обратилась она, не поднимая на князя взгляд.
— Да вот, хотел узнать, как твои дела? Как отшельничество?
— Кордон оккупировали военные кемеровского князя, — нейтрально сообщила она то, что было и так известно, — и моё инкогнито было раскрыто.
— Кто же такой шустрый? — удивился князь.






