ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Моё имя – Владислав Волков. По крайней мере, так написано в документах, найденных вместе со мной в спасательной шлюпке посреди пустоты. Сам я этого не помню. Я не помню ничего: ни своего прошлого, ни корабля «Рассветный Странник», на котором якобы служил. Для всей вселенной меня не существует – ни в одной базе данных, ни в одном архиве. Я – человек-призрак. Горизонт Событий Вадим Фарг Моё имя – Владислав Волков. По крайней мере, так написано в документах, найденных вместе со мной в спасательной шлюпке посреди пустоты. Сам я этого не помню. Я не помню ничего: ни своего прошлого, ни корабля «Рассветный Странник», на котором якобы служил. Для всей вселенной меня не существует – ни в одной базе данных, ни в одном архиве. Я – человек-призрак. Призрак. Горизонт Событий Пролог «Ты всегда бьёшь по больным местам, словно тренировался для этого всю свою никчёмную жизнь», — зло подумал Вайтус и со всей силы швырнул хрустальный бокал прямо в стену. Звон разбитого стекла эхом разнёсся по просторному кабинету. Вайтусу было плевать на испорченный интерьер, он тяжело дышал, стоя посреди комнаты, и сжимал кулаки с такой силой, что ногти впивались в кожу чуть ли не до крови. Молодой аристократ только что с треском проиграл политические дебаты. Он надеялся на поддержку семьи, но его собственный отец не упустил шанса прилюдно растоптать сына. Сейчас же Лорд-Отец сидел в кожаном кресле напротив. Сложил руки домиком и смотрел на наследника с нескрываемым презрением. Его лицо, изрезанное глубокими

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А в нём идеальное оружие — «Чёрный Осколок». Странный и пугающий артефакт недавно притащили контрабандисты. Они нашли его в аномальном секторе и продали Дому за бесценок, лишь бы поскорее избавиться от жуткой вещи. Никто из придворных учёных не понимал принципа работы этой штуки. Техника рядом с камнем сходила с ума, а люди жаловались на мигрени. Но все чувствовали скрытую пульсирующую мощь «Осколка». Вайтус решил, что сегодня эта сила станет его главным козырем в борьбе за власть.

Двери распахнулись, открывая вид на коридор из серого бетона. Вайтус уверенно зашагал вперёд, подошёл к первым воротам и приложил ладонь к сканеру. Система считала капиллярный отпечаток крови и одобрительно пискнула. Толстые створки с шипением разошлись в стороны.

Воздух внутри хранилища оказался спёртым и ледяным, а в ушах сразу появился низкий давящий гул. В самом центре парил небольшой кусок антрацитового камня с острыми краями, висящим над антигравитационным постаментом. Артефакт был надёжно закрыт внутри мерцающего поля стазиса.

Вайтус подошёл к контрольной панели. Руки предательски дрожали от злости на отца и от предвкушения скорого триумфа. Он ввёл код доступа и нажал кнопку отключения защиты. Голубое свечение стазис-поля мигнуло несколько раз и полностью погасло, но гул в ушах стал громче.

Парень сделал глубокий вдох, шагнул к постаменту и схватил «Чёрный Осколок» голой рукой.

В этот же миг привычный мир перестал существовать.

Осколок срезонировал с кипящей яростью внутри Вайтуса. Пространство вокруг исказилось с оглушительным хрустом. Взбесившаяся гравитация ударила парня по плечам и швырнула его на колени. А камень намертво прилип к ладони, обжигая кожу мёртвым холодом.

Самое страшное началось внутри головы. Туда без стука и предупреждения ворвалась чудовищная телепатическая волна. Это был не один голос, а голоса миллиардов и триллионов существ. Они кричали в порыве вечной и непрекращающейся агонии. Эти неизвестные создания горели заживо внутри застывшей сингулярности. Их тела разрывало на атомы, они теряли своих детей и сходили с ума от бесконечной боли, запертые вне времени.

Вселенская мука всей своей тяжестью обрушилась на хрупкий мозг. Вайтус не мог этого выдержать и закричал, почувствовав, как в глазах лопаются сосуды. Горячая кровь залила зрение красной пеленой.

— Хватит! — истошно вопил Вайтус, упав на бок.

Он начал в исступлении раздирать ногтями собственное лицо. Парень пытался выскрести чужую боль из головы, оставляя на щеках глубокие кровоточащие борозды.

— Умоляю, прекратите! — хрипел он, катаясь по полу. — Я больше не могу!

Но голоса в голове не останавливались ни на секунду. Личность парня дала трещину.