ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— А еще папа сказал, что Карина будет моей новой мамой, — выпалил сын. — А зачем мне две мамы? Одной же хватит, да? Тележка дернулась, врезавшись в стеллаж с чипсами. — Что? — мой голос сел. — Илюш, что ты сказал? — Ну, папа сказал, что Карина будет мне как мама. Я не понял. У меня же ты есть, — он посмотрел на меня, нахмурив светлые бровки. — Ты чего, мам? Ты какая-то белая. — Милый, а когда папа это говорил? — я присела перед тележкой, пытаясь унять дрожь в коленях. — Вчера. Я пошел к папе в кабинет, а там Карина. Она сидела у него на коленях, — он сказал это так буднично, как рассказывал бы о том, что кушал кашу. — А потом она ушла, а папа меня в кроватку отнес и сказал, что Карина теперь будет с нами жить и станет мне второй мамой. Это наш секрет. А что такое секрет? Я медленно выпрямилась. В ушах зашумело, а перед глазами все поплыло, но не от слез — от ярости. Ледяной, вязкой ярости, которая поднималась из самой глубины души.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И о том, что этот Денис, архитектор, тоже это видит.

Я ревновал. Дико, некрасиво, по-собственнически. Хотелось прийти в эту их кофейню, схватить его за грудки и сказать: «Она моя. Отвали». Но я не имел права. Потому что сам все проср… л.

Руслан сказал: «Ты сейчас в положении провинившегося пса. Будешь рычать — выгонят насовсем. Сиди и жди, пока погладят».

Я сидел и ждал. Но ждать было невыносимо.

Утром, отведя Илью в сад, я поехал к Руслану. Нужно было выговориться.

— О, явился, — друг встретил меня в халате, с чашкой кофе. — Выглядишь как зомби.

— Спать не могу.

— Из-за бабы?

— Из-за Алины. Там какой-то хрен появился на горизонте. Архитектор.

— И что? Трахает?

— Рус!

— А что Рус? Пока не трахает — не трясись. А если начнет трахать — поздно трястись будет.

Я сел в кресло, закрыл лицо руками.

— Я не выдержу, если она уйдет к другому.

— А ты не думал, что она уже ушла? Формально вы не вместе. Она тебе ничего не должна.

— Спасибо, утешил.

— Я не утешать призван. Я отрезвлять. Хочешь вернуть — борись. Ухаживай. Цветы носи, стихи пиши, под окнами стой. А ты что? На диване лежишь и ждешь, когда она сама приползет? Не приползет.

Я задумался. А ведь он прав. Я перестал бороться. Решил, что одного раскаяния достаточно. А ей нужно больше. Ей нужно чувствовать себя желанной. Нужной. Единственной.

— Что посоветуешь?

— Романтика, брат. Бабы на это ведутся. Устрой свидание. Не здесь, не на кухне с рыбой. Вывези ее куда-нибудь. Без ребенка. Пусть вспомнит, какая ты козлина, но какая желанная.

Я усмехнулся.

— Козлина — это точно.

— Работай над имиджем.

В этот момент зазвонил телефон. Алиса. Сердце подпрыгнуло.

— Марат, — голос напряженный. — Она звонила мне. Карина.

Я вскочил.

— Что сказала?

— Что я пожалею. Что она не отдаст тебя. И смеялась. Так жутко.

— Ты в безопасности? Где ты?

— Дома. У мамы. Я испугалась, Илью забрала из сада.

— Сиди там. Я выезжаю.

Я сорвался с места, забыв про кофе, про Руслана, про все. Карина. Сумасшедшая тварь. Я найду ее. Я ее уничтожу.

Глава 13. Карина

Я стояла у подъезда ее матери и курила, глядя на окна. Горел свет на третьем этаже. Там была она. Моя соперница. Моя цель.

Я не спала ночами, продумывая план. Марат был моим. Я выстрадала его. Я терпела его настроение, его вечные отказы, его любовь к этой курице. Я заслужила право быть с ним.

А она? Что она сделала? Родила ребенка? Подумаешь. Любая дура может раздвинуть ноги. А вот удержать мужика, когда он смотрит на других — это искусство. Она не удержала.

Я выбросила окурок и набрала номер.

— Алло, — голос Алины. Напряженный, испуганный.

— Скучаешь?

— Чего тебе надо, Карина?

— Тебя предупредить. Уходи от него. Сама. По-хорошему. Или будет плохо.

— Ты угрожаешь мне?

— Предупреждаю. Я не шучу. Я потратила на этого мужика слишком много сил, чтобы уступить какой-то замухрышке.