Куда делся тот парень, который не мог от меня отлипнуть? Который таскал на руках? Которому я была нужна не как мать его ребенка, а как женщина?
— Мам, а где Карина? — Илюха дернул меня за руку.
— У себя, наверное. Иди, позови ее обедать.
Он убежал, а я пошла накрывать на стол. Мы решили отметить новоселье в узком семейном кругу. Я старалась, пекла пирог, накрывала в столовой с видом на сад.
Карина спустилась через десять минут, ведя Илью за руку. Скромная, в закрытом платье, с пучком на голове. «Мадонна», мать ее.
— Алиса Валерьевна, вы такой пирог испекли! Пахнет обалденно, — пропела она, усаживая Илью за стол. — Марат Эдуардович будет?
— Должен подойти, — ответила я, разрезая пирог.
Марат появился через полчаса, когда мы уже поели. Чему-то улыбался, смотрел на Карину. Мельком, но я заметила. Взгляд мужчины, которому нравится женщина. Раньше он так смотрел только на меня.
— Как дела? — спросила я, подавая ему чай.
— Отлично. Руслан предлагает новый проект, будем пахать, — он чмокнул меня в щеку и уткнулся в телефон.
— А мы с Кариной хотим в парк, погулять, — сообщил Илюха. — Она обещала научить меня на самокате кататься.
— Отлично, — я заставила себя улыбнуться. — Идите.
Они ушли. Я осталась на кухне одна, перебирать посуду и пытаться заглушить в себе растущее, липкое чувство. Я не ревновала. Я чувствовала себя лишней в собственном доме. Приложением к ребенку и мужу. Функцией.
Ночью, когда Илья уснул, а Марат пришел в спальню, я решила взять инициативу в свои руки. Скинула пеньюар, прижалась к нему, поцеловала.
— Я соскучилась, — прошептала я.
Он вздохнул. Вздохнул, как от тяжелой работы.
— Аля, я дико вымотался сегодня. Давай завтра?
— Ты вчера тоже вымотался. И позавчера, — я отстранилась, глядя ему в глаза.
— Ну прости, малыш. Работа. Ты же знаешь, я тебя люблю. Просто сейчас аврал. Дай мне поспать.
Он отвернулся к стене и через пять минут уже сопел. А я лежала и смотрела в потолок. В голову лезли дурацкие мысли. Может, я уже не нужна ему как женщина? Может, я перестала его возбуждать? Может, дело во мне?
Я встала, накинула халат и пошла на кухню пить воду. На лестнице я услышала звук. Приглушенный смех. Из кабинета Марата. Я подошла ближе. Дверь была плотно закрыта, но сквозь щель пробивался свет.
Я замерла. Сердце заколотилось.
Я услышала голос Карины. Она смеялась.
— Ой, Марат Эдуардович, вы такой шутник.
А потом его голос, низкий, воркующий:
— Иди сюда, мелкая.
Я застыла, прижавшись лбом к холодной стене. Что там происходит? Почему она в его кабинете ночью? Я сжала кулаки, готовая ворваться и устроить скандал.
Но в этот момент дверь распахнулась. На пороге стояла Карина с подносом в руках. Увидев меня, она вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.






