И даже за полгода работы, успел выйти в передовики производства и получить почетную грамоту от райкома комсомола. Вот только оказалось, что первый секретарь райкома, служил вместе с Хансом Краузе в одной роте, и даже числился чуть ли не лучшим его другом. Во время вручения грамоты, он убедился, что я совсем другой человек, и заявил об этом начальнику первого отдела. Я подслушал их разговор, и понял, что если я не хочу вновь оказаться за решеткой, на этот раз с обвинением в шпионаже, нужно бежать. Обо мне говорили именно как о шпионе, что впрочем было вполне понятно. Ведь ПЭМЗ работал на экспорт, вот и решили, что я заслан как шпион. Может после и разобрались бы, но тюрьмы бы я не избежал. По дороге попалось объявление о возможности устроиться на сезонную работу на траулер, и в итоге вместо работы на разделке рыбы, оказался дизелистом на «Викторе Жохове», а после перешел к вам.
Мой собеседник надолго задумался, потом произнес.
— В принципе, все, что ты мне сейчас рассказал, совпадает с той ориентировкой, что пришла на судно, касающееся твоей личности.
Услышав это, я возликовал. Радовался я хотя бы тому, что скорее всего мои опечатки не были взяты, в кабинете начальника первого отдела завода, следовательно, их не проверили по картотеке и не сравнили со взятыми ранее в Иркутске. То есть имеется неплохой шанс скрыть этот факт, хотя вряд ли это получится. Стоит оказаться в застенках, как проверку сразу же произведут.
— Разумеется, никто срывать рейс ради твоей доставки в Союз, не станет, но с этого дня ты числишься под домашним арестом. То есть ты продолжаешь исполнять свои обязанности дизелиста, и пользуешься всеми правами члена экипажа нашего судна, но ни о каких увольнениях на берег не может быть и речи, до конца рейса, и возвращения в Советский Союз. Если к тому времени, я не найду в твоих действиях никаких нарушений, то дам тебе характеристику, которая поможет избежать строгого наказания. Избежать его разумеется не удастся, но учитывая отзывы о твоей работе, со стороны механика, и мастеров твоего цеха, думаю, можно будет рассчитывать на самую нижнюю планку. И еще. Надеюсь ты умный парень, и понимаешь, что болтать об этом не следует.
— Да, понимаю.
— Ну вот и прекрасно. Иди работай, а я, буду за тобой приглядывать.
Честно говоря, я не ожидал такого итога. Во власти нашего капитана, вполне могла найтись возможность отправить меня в союз, без особенных проблем. За все время рейса, мы не однажды встречались в море с советскими судами, и пересадить меня на любое из них, и оправить в союз, было проще простого.






