Конвой двигался рядом с берегами Чукотки, а невооруженным взглядом, увидеть что-то за сорок километров, было просто невозможно. Зато удостоился беседы с вахтенным помощником капитана, который заодно исполнял обязанности начальника первого отдела.
— Ну, интересно же Антанас Гедиминович. Первый раз по этому маршруту проплываю, много читал и о Северном Морском Пусти, и об острове Ратманова, вот и захотелось увидеть его собственными глазами.
— Плавает только дерьмо в проруби, а суда по морю ходят! Простудишься, кто за тебя службу будет нести? Иди уже, любознательный ты наш.
На четырнадцатый день пути, дошли до Петропавловска-Камчатского, и отделившись от основного конвоя, отправились искать рыбный косяк, на юго-восток, и с этого момента, полным ходом началась путина. Если до этого дня работали, на переработке запасов, сделанных в Баренцевом море, А последние два дня, все-таки оказались простоем, из-за отсутствия рыбы, на переработку, то сейчас лов проходил, практически круглосуточно. На него даже привлекали людей из соседних служб, разумеется тех, кто в этом, хоть что-то понимал. Я увы, наблюдал за этим впервые, и честно говоря было несколько страшновато видеть, как рыбаки спокойно расхаживают по скользкому кормовому пандусу поправляя трал, вытягиваемый из воды океана. Так и казалось, одно неверное движение, и тебя унесет в открытое море.
Смены несколько уплотнили, из-за привлечения людей, на другие работы, и пришлось на какое-то время, перейти на двенадцатичасовой график. Впрочем, это продолжалось недолго, уже к новому году, план выровнялся, и все встало на круги своя. Людей вернули на свои рабочие места, и все пошло своим чередом. Первый заход в порт произошел к концу третьего месяца автономного плавания. К этому моменту, мы находились вблизи западного побережья Мексики, и первая остановка, произошла в Пуэрто-Эскондидо — городе в штате Оахака, Мексика. Порт был расположен на тихоокеанском побережье между городами Санта-Мария-Уатулько и Акапулько, в восьмистах километрах к югу от столицы Мексики. Хотя судно пришвартовалось к пирсу в город никого не пустили.
По громкой связи было объявлено, что в прибрежных районах город опасная криминогенная обстановка, а недавно среди местного населения произошел бунт, и в городе, до сих пор неспокойно. В связи с этим покидать судно запрещено. Собственно, даже во время стоянки, на палубе нашего судна, постоянно дежурили вооруженные матросы, из-за этого, даже просто выходить на верхнюю палубу в вечерние часы, не рекомендовалось. Не знаю, как на счет работников завода, большинство их считались сезонными рабочими, поэтому отношение было мягко говоря не самое лучшее.






