Его голос ни с чем нельзя спутать. На ухабе грузовик слегка раскачивается, как будто он запрыгнул в кузов.
В кузове Кэла есть огромный бак для дополнительного горючего, а также большой встроенный ящик для инструментов, полный оружия. Это похоже на арсенал. Я увидела это, когда мы собирались выезжать.
Может быть, он что-то забирает оттуда.
— Мак! — Рэйчел снова кричит. — Нам нужно убрать парней за тем валуном. Черт, он ранен!
Мак!
— Я понял! Пригнитесь!
Я понятия не имею, что происходит. Что собирается сделать Мак.
Проходит несколько секунд, и затем раздается взрыв, который, кажется, сотрясает весь мир.
После этого большинство выстрелов прекращается. Раздается еще несколько, с паузами между ними.
Затем легкий стук в окно пикапа пугает меня так сильно, что я ахаю.
— Теперь все в порядке, — Мак открывает пассажирскую дверцу и помогает мне выйти. — Мы со всеми справились.
Я настолько дезориентирована и у меня кружится голова, что я даже не могу встать. Я прислоняюсь к сиденью после того, как опускаю ноги на землю.
— Что случилось? Что это был за взрыв?
Мак бросает взгляд в ту сторону, где, как я предполагаю, это произошло.
— Бросил гранату. Они заняли лучшую позицию, и мы не могли вытащить их оттуда другим способом.
— Значит, они все мертвы?
— Они все мертвы. Теперь он должен быть в безопасности, — Мак кивает в сторону джипа со спущенной шиной. — Твой мужчина выжил. Он все еще там.
Эта информация поглощает меня настолько, что все остальное не имеет значения. Я бегу так быстро, как только позволяет моя хромота, пока не добегаю до джипа. Дверца беспорядочно раскачивается, едва держась на месте после того, как в нее так много стреляли.
Джимми неуклюже повалился на спину, винтовка покоится у него на животе, а пальцы все еще сжимают спусковой крючок.
Одна штанина его джинсов полностью пропитана кровью, и еще больше крови виднеется на голове.
Я забираюсь в машину, снова чуть не плача.
— Джимми! Джимми!
С усилием ему удается приоткрыть глаза.
— Я в порядке.
— Нет, не в порядке! Что ты вообще говоришь? В тебя снова попали? — теперь я склоняюсь над ним, пытаясь осмотреть рану у него на голове.
— Кусок металла срикошетил. Там не о чем беспокоиться. Только о моей чертовой ноге, — он моргает, глядя на меня, и выражение его лица смягчается, когда он смотрит мне в лицо. — Это была гребаная граната? Такое впечатление, что ты привела с собой целую армию, чтобы спасти меня.
— Привела! Конечно, привела!
— Должно быть, ты бежала со всех ног, чтобы вернуться ко мне так быстро. Ты беременна. Не стоило этого делать, — его голос звучит так слабо, но он все еще улыбается. Он такой нежный.
— Ну, я вообще не должна была тебя оставлять, но я это сделала. С тобой действительно все в порядке? Ты, должно быть, потерял так много крови.






