Я резко втягиваю воздух, когда прохладный воздух достигает моей киски.
— Ты не против? — спрашивает Джимми, и теперь в его голосе еще больше хрипотцы.
— Нет.
Он касается внутренней стороны моего бедра. Затем его пальцы скользят выше. Он раскрывает меня и проводит пальцем вверх и вниз по моей интимной плоти.
Я дергаюсь и хватаюсь за простыню под собой, мне нужно за что-то ухватиться.
Его палец двигается дальше, полностью проникая внутрь меня, а затем выходя, чтобы найти и потереть мой клитор.
Это так приятно… так необходимо. Я двигаю бедрами и начинаю тяжело дышать.
— Это весьма приятно?
— Д-да, — мне приходится сдержать еще несколько хныкающих звуков. — Приятно.
Он ласкает меня более целенаправленно, и я вся напрягаюсь и распаляюсь. Я сгибаю ноги и упираюсь ступнями в матрас. У меня перехватывает дыхание, и все ощущения в теле отдаются в киске.
— Ты так хорошо справляешься, — говорит он.
И это становится последней каплей. Я словно падаю с обрыва. Волна удовольствия пронизывает все мое тело от того места, где он давит на мой клитор. Я дрожу всем телом и выгибаю спину, приподнимаясь над кроватью, издавая долгий, протяжный, пронзительный звук, который я никак не могу сдержать.
Мои глаза закрыты, а тело, наконец, замирает и расслабляется. Моя кожа горячая. Мои щеки пылают. Я, кажется, не могу отдышаться.
— Похоже, это было приятно, — Джимми убрал палец и прижал всю ладонь к моему паху в успокаивающем жесте.
— Это… это было здорово. Спасибо.
Он издает урчащий звук и садится на колени. Я автоматически начинаю сжимать ноги, но он удерживает их раздвинутыми за счет положения своего тела.
— Хочешь еще?
— Еще?
— Да. Я готов кончить снова, и, похоже, ты тоже. Но мы можем подождать, если хочешь.
Я опускаю глаза и замечаю очертания еще одной эрекции. Должно быть, он снова завелся. Это не заняло у него много времени.
Я чувствую себя совершенно удовлетворенной, но если он хочет большего, я не возражаю. В конце концов, у нас еще даже не было полового акта.
— Нам не нужно ждать.
Он расслабился после минета, но сейчас чувствуется, что его тело снова напряглось.
— Тогда хорошо.
Джимми раздвигает мои бедра еще шире, снова сгибает мои ноги и ставит мои ступни на матрас, затем придвигается ближе, все еще сидя на коленях, и приподнимает мою попку, пока моя киска не оказывается на одной линии с его членом.
Я позволяю ему двигать мной так, как он хочет. Не то чтобы у меня были какие-то предпочтения, и я рада, что мне не нужно принимать решения.
— Тебе так нравится?
— Да, — я никак не могу определить, что мне нравится, но мне кажется, что это просто замечательно. Уязвимо. Открыто. Но в комнате по-прежнему темно, и в целом мне комфортно, если не считать некоторого напряжения мышц живота. — Так хорошо.






