ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тысячи лет назад я запечатал братьев, сестер и самого себя, чтобы спасти мир. Но теперь что-то вернуло меня к жизни. И что я вижу? Люди утратили древние знания. Нынешняя магия — жалкая тень былого могущества. Старая угроза снова маячит над миром, а я теперь в безымянном чужом теле. Пора вернуть порядок, который мы когда-то создали ценой вечности — и исправить ошибки прошлого. Я — Первый Предтеча, и я знаю, из каких материй соткан этот мир. Первый Предтеча 4 Элиан Тарс Тысячи лет назад я запечатал братьев, сестер и самого себя, чтобы спасти мир. Но теперь что-то вернуло меня к жизни. И что я вижу? Люди утратили древние знания. Нынешняя магия — жалкая тень былого могущества. Старая угроза снова маячит над миром, а я теперь в безымянном чужом теле. Пора вернуть порядок, который мы когда-то создали ценой вечности — и исправить ошибки прошлого. Я — Первый Предтеча, и я знаю, из каких материй соткан этот мир. Первый Предтеча IV Глава 1 Самым ценным из имеющихся у меня сейчас ингредиентов была регенеративная сердцевина плетевика. Именно она являлась ключом к восстановлению здоровья моей гвардии хромающих подранков. «Второе сердце червя» позволяло плетевику отращивать отрубленные щупальца за секунды. При правильной обработке эту способность можно частично переложить на организм человека, заставляя тело восстанавливать повреждённые ткани, каналы и деформированные кости. Но «правильная обработка» — задача трудоёмкая и требующая индивидуального подхода. В зависимости от недуга человека,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Глава 2

Вечерний борщ оказался превосходным, особенно в сочетании с тонкими ломтиками ледяного сала и чёрным хлебом. У всех остальных ужин был еще пару часов назад, поэтому компанию составила мне только Мира да Петрович.

— Под такое бы дело стопарик водочки, — вздохнул старик.

— Без него тоже борщ отменный, Михаил Петрович, — строго заметила Мирослава.

— Подтверждаю, — согласился я, повернувшись к Петровичу. — Когда наша кухня расширится, и я не только о помещениях, но и о поварах, ты, старый, проследи, чтобы все готовили так же вкусно.

Петрович, явно довольный похвалой, загремел посудой, а мы с Мирославой вышли на крыльцо.

Вечер выдался тихим и прохладным. Где-то далеко за забором перекликались часовые. На столбе у ворот горел фонарь, и в его жёлтом круге мелькали мотыльки.

Мира протянула мне термокружку. Я принюхался — пахло шоколадом.

— Какао, — сказала она, заметив мой взгляд. — Заказала, как ты и велел. Так что теперь пробуй.

— Хорошая штука, — признал я, распробовав напиток. — Надо будет оборудовать на крыльце раскладные стулья — чтобы вот так по вечерам тут посиживать. Виды хорошие.

Мира кивнула, немного подумала и добавила:

— Я еще рассматриваю возможность поставить беседку, примерно там, — она указала на один из пустующих участков, с которого, вероятно, вид открывался еще более зрелищный.

Я кивнул и теплой улыбкой похвалил её за инициативу.

Некоторое время мы молча пили какао и смотрели на небо, покрытое звёздами. Я вспоминал, каким был небосвод в эпоху Предтеч. Когда путешествуешь по миру, созвездия поднимаются и опускаются относительно горизонта, а путешествовал я регулярно. Но здесь удивляло другое — сами созвездия выглядели так же, а вот точка, вокруг которой вращался весь небесный купол, сместилась. И теперь в ней горела яркая неподвижная звезда.

— Что это за звезда? — спросил я Миру, подвинувшись к ней и ткнув пальцем на центр неба.

— Ты, видимо, про Полярную, — ответила она. — Помогает определить север точнее компаса.

Удобно — в мою эпоху этой точки не существовало, штурманы ориентировались по Стрелке Дракона, выстраивая от неё поправки.

— Кстати, пока ты занимался зельями, произошло кое-что приятное. — переключила тему Мира, чем вытащила меня из своих размышлений. — Во-первых, привезли номера для машин.

— Все оформили?

— Ещё и с гербами рода, — горделиво кивнула она. По глазам было видно, что девушка счастлива видеть гербы Северских на нашем имуществе. — Всё как полагается. «Егерь», «Волк», трофейные легковушки и оба фургона. Браунштейн сделал всё быстро — и на Игошу, кстати, тоже все документы получил, включая паспорт. И на тебя…

— Спасибо Виктору Валерьевичу, — кивнул я. — Передай ему мою благодарность.