– У меня во рту пересохло.
Мужчина неожиданно ожил.
– Я должен спросить Алана, – утомленно произнес он. – Вы пришли с детьми?
Хоть это было и нелогично, дамы огляделись, проверяя, не пробрались ли следом какие-нибудь дети и не прицепились ли к ним. Убедившись, что детей с ними нет, Фиона задумалась, зачем о таком спрашивать, и вопросительно взглянула на привратника.
[14]
Английская гражданская война (1639–1660 гг.) – конфликт между королем и парламентом, который запустил процесс перехода Англии от абсолютной монархии к конституционной.
– Мы сюда детей не пускаем, – гордо объявил он. Мужчина взглянул на Саймона Ле Бона у ног Фионы и добавил: – А собак пускаем. Если они хорошо воспитаны.
Дэйзи нахмурилась.
– Почему собак вы пускаете, а детей – нет?
Он снисходительно улыбнулся, как будто счел ее крайне наивной:
– Чаепитие не может быть испорчено нытьем или возней.
Фиона словно попала в чудной рассказ Роальда Даля, где герой ненавидит детей. Собаки ведь тоже могут капризничать и устраивать возню, как и дети, а то и больше. Официант быстро вышел через дверь напротив, и они мельком успели увидеть священную чайную комнату. Пространство впечатляло: скорее зал, чем комната, с уходящим вверх потолком, готической крышей и полами из темного твердого дерева, что сейчас бы делать никто не стал. Столы были расставлены с математической точностью, накрыты белоснежной скатертью, а с каждой стороны стоял стул. Молодая официантка, одетая так же, как и мужчина на входе, гладила скатерть прямо на одном из столов, и облака пара скрывали ее раскрасневшееся лицо. За ее работой наблюдал невысокий крепкий мужчина, вероятно Алан, с безупречным пробором, одетый в темно-синий костюм. Сложив руки на груди, он пристально следил за каждым движением девушки. Перфекционист.
Официант-привратник подошел и что-то зашептал ему на ухо. Алан тут же отвлекся от скатерти и направился к дамам, пока его сотрудник почтительно следовал за ним. Мужчина откашлялся и произнес:
– Как я понял, вы хотели бы выпить чаю.
Фиона недоумевала, почему столь простая просьба вызвала такой переполох, но постаралась быть вежливой:
– Если вас не затруднит.
Мужчина заворчал себе под нос:
– Мы устраиваем приемы в десять, одиннадцать, двенадцать, в час, два, три и четыре, закрываемся ровно в пять.
– У вас проходят приемы? – Фиона слышала, что в шикарных ресторанах такое есть, но чтобы в чайных…
Лицо Алана ничего не выражало.
– Кажется, именно это я и сказал.
– У вас роскошный зал, – заметила Дэйзи. – Мы и не знали, что тут есть такое место, а мы любим хорошие чайные, верно?
Неравнодушная Сью кивнула:
– Мы поклоняемся чаю. Можно сказать, что мы чаяне. – Она хихикнула от собственной игры слов.






