Краснов ненадолго замер, будто смакуя момент, а затем заговорил таким тоном, будто слова доставляли ему особое удовольствие:
— Поскольку пострадавшая сторона полагает, что задета честь дамы, а подобные оскорбления Уложение относит к величайшим, то, согласно законам Российской Империи, по соглашению обеих сторон, поединок может быть проведён без ограничения исхода! То есть, до смерти. Вы готовы? — Он хищно посмотрел на меня, а затем на полковника.
— Готов! Если мой противник не отступит, — усмехнулся Рогачёв, глядя на меня исподлобья.
— Не отступлю, — спокойно ответил я.
— В таком случае по местам! — объявил Краснов, достав из нагрудного кармана белый платок. — Начинайте, как только ткань коснётся земли!
Мы разошлись на пятьдесят шагов. Виконт поднял платок над головой и разжал пальцы.
Едва ткань легла на траву, полковник тут же атаковал. Воздух между нами натянулся тонкой звенящей нитью энергии, я её почувствовал заранее и резко ушёл вправо.
Из рук Рогачёва вылетела большая синяя молния, и через миг слева от меня возникла дымящаяся борозда, а песок на её дне и по краям превратился в стекло.
Мощно!
О, снова атакует!
Вторая молния ударила сразу за первой, потом третья — веером, отрезая пространство для манёвра. Активировав Воздушный саван, я легко уклонялся от каждой атаки, так что разряды по мне не попадали и рвали землю в тех местах, где я находился секундой ранее.
Каждая молния сопровождалась раскатом грома. И после каждого такого раската некоторые зрители нервно вскрикивали.
Полковник явно не стал тратить время на проверку сил противника и на собственный разогрев.
Он сразу бил насмерть.
Уклонившись от очередной молнии, я метнул во врага два воздушных копья. Рогачёв сжёг их встречными разрядами.
Но за ними летело третье!
Которое он, увы, поймал рукой — вокруг его кисти сомкнулся кокон белых искр, и копьё рассыпалось.
Осознав, что обычные молнии не берут меня, Рогачёв сменил тактику, и в мою сторону с гулким нарастающим звуком рванул огромный шар, отливающий белёсо‑синим светом.
Я встретил его воздушным проколом — шар взорвался россыпью молний, и во все стороны метнулись десятки ветвистых разрядов.
По мне не попал ни один, ведь передо мной уже стояла косая стена спрессованного воздуха. Разряды врезались в барьер, расползаясь по нему красивыми узорами, и гасли.
До меня добрался только запах озона.
— Гр-р-р!!! — по-звериному зарычал полковник и принялся швырять шары один за другим с разных рук и по разным траекториям.
Вот шар летел в лоб, а вот другой заходил по дуге сбоку, третий полковник подрывал на полпути, и гроздья крохотных искр посекли пространство там, где я мог бы оказаться.
Но не оказался — то уклоняясь от атак, то ставя щит, я медленно продвигался вперёд.






