ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тысячи лет назад я запечатал братьев, сестер и самого себя, чтобы спасти мир. Но теперь что-то вернуло меня к жизни. И что я вижу? Люди утратили древние знания. Нынешняя магия — жалкая тень былого могущества. Старая угроза снова маячит над миром, а я теперь в безымянном чужом теле. Пора вернуть порядок, который мы когда-то создали ценой вечности — и исправить ошибки прошлого. Я — Первый Предтеча, и я знаю, из каких материй соткан этот мир. Первый Предтеча 5 Элиан Тарс Тысячи лет назад я запечатал братьев, сестер и самого себя, чтобы спасти мир. Но теперь что-то вернуло меня к жизни. И что я вижу? Люди утратили древние знания. Нынешняя магия — жалкая тень былого могущества. Старая угроза снова маячит над миром, а я теперь в безымянном чужом теле. Пора вернуть порядок, который мы когда-то создали ценой вечности — и исправить ошибки прошлого. Я — Первый Предтеча, и я знаю, из каких материй соткан этот мир. Первый Предтеча V Глава 1 Виконт Краснов… Услышав фамилию, посетители быстро притихли. Баронесса Калитникова так и не выпила бокал шампанского, который ранее взяла в руку. Её муж, только что оживлённо рассказывавший что-то про моторы, вдруг замолчал на полуслове. Елагин с супругой, поникнув, плавно повернулись спиной к воротам и вдруг заинтересовались содержимым своих тарелок. Я влил больше Силы в Руну Ощущения, анализируя обстановку. До этого спокойный пульс Ольги Аркадьевны сейчас сорвался и зачастил — баронесса ещё улыбалась и держала спину, но пальцы её на секунду сжали тк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Умер он с достоинством, которого ему сегодня так не хватило во время приёма.

Над пустырём повисла тишина. Догорала берёза на опушке, а ветер шуршал остатками травы.

Я медленно развернулся и зашагал к людям, по пути бросив взгляд на часы — ни царапинки, как я и думал.

Хотя, учитывая, как именно шёл бой, на мне бы и пиджак не помялся…

Притом устал я сильно, и дуэль в самом деле вышла напряжённой.

Краснов, глядя на меня задумчивым взглядом, откашлялся и громко объявил:

— Поединок чести завершён согласно Уложению. Дворянин Рогачёв Аркадий Максимович пал в честном бою. Победа за дворянином Северским. Взаимные претензии сторон исчерпаны.

Моя Руна Ощущения не уловила в словах виконта ни горечи, ни злости, ни даже досады. Полковника ему было не жаль.

А может, он так умело скрывает свои эмоции? Виконт явно из тех людей, про которых говорят, что они с двойным дном.

— Тело заберут мои люди, — буднично продолжил Краснов. — Заклад ваш, Северский. Полагаю, ваш друг-юрист уж как-нибудь разберётся с документами.

— Спасибо, ваше сиятельство, — кивнул я. — Если у вас остались ещё женихи, привозите.

Что ни говори, Краснов был не чета покойному горе-полковнику, а потому полностью проигнорировал мои слова.

Порученец виконта принёс ключи от «Руссо-Балта» и с каменным лицом вложил их мне в ладонь.

— Я почти сорок лет наблюдаю за этой губернией, — сказал Краснов перед уходом, посмотрев на меня. — На моих глазах поднимались сильные дворяне. Их имена гремели, их боялись, о них писали. Знаете, сколько из них дожило до седины? — спросил он и помолчал. — Не знаете и знать не можете. Шум, Северский, это валюта молодости, и курс у неё скверный. Просто так устроены весы: сегодня вы положили на свою чашу очень много. Позаботьтесь о противовесе.

— Не беспокойтесь, ваше сиятельство, — ответил я. — Я и есть противовес.

Несколько секунд виконт изучал моё лицо, затем обратился к баронессе:

— Благодарю за чудесный вечер, Ольга Аркадьевна. — Взгляд его опустился на Филиппа. — А наследник растёт энергичный, задорный. Весь в отца.

После чего виконт в сопровождении своих людей плавной походкой направился к своей машине.

Ольга Аркадьевна ничего не ответила, проводив его серьёзным взглядом. Да, она по-прежнему зависела от Краснова. Но сейчас баронесса почувствовала надежду.

И даже едва заметно улыбнулась. А затем быстро подошла ко мне и произнесла:

— Антон Игоревич, вы мой герой! — От светского тона в её голосе разом ничего не осталось.

— Ну-ну, — не удержалась подошедшая вперёд неё Мирослава. — Вы, помнится, не очень-то в него верили и сомневались.

— Я не сомневалась! — Баронесса подняла подбородок. — Я волновалась! Это разные вещи.

— Принимается, — неожиданно легко согласилась Мира.

К нам уже спешил Браунштейн с супругой и бумагами на машину.