ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тысячи лет назад я запечатал братьев, сестер и самого себя, чтобы спасти мир. Но теперь что-то вернуло меня к жизни. И что я вижу? Люди утратили древние знания. Нынешняя магия — жалкая тень былого могущества. Старая угроза снова маячит над миром, а я теперь в безымянном чужом теле. Пора вернуть порядок, который мы когда-то создали ценой вечности — и исправить ошибки прошлого. Я — Первый Предтеча, и я знаю, из каких материй соткан этот мир. Первый Предтеча 5 Элиан Тарс Тысячи лет назад я запечатал братьев, сестер и самого себя, чтобы спасти мир. Но теперь что-то вернуло меня к жизни. И что я вижу? Люди утратили древние знания. Нынешняя магия — жалкая тень былого могущества. Старая угроза снова маячит над миром, а я теперь в безымянном чужом теле. Пора вернуть порядок, который мы когда-то создали ценой вечности — и исправить ошибки прошлого. Я — Первый Предтеча, и я знаю, из каких материй соткан этот мир. Первый Предтеча V Глава 1 Виконт Краснов… Услышав фамилию, посетители быстро притихли. Баронесса Калитникова так и не выпила бокал шампанского, который ранее взяла в руку. Её муж, только что оживлённо рассказывавший что-то про моторы, вдруг замолчал на полуслове. Елагин с супругой, поникнув, плавно повернулись спиной к воротам и вдруг заинтересовались содержимым своих тарелок. Я влил больше Силы в Руну Ощущения, анализируя обстановку. До этого спокойный пульс Ольги Аркадьевны сейчас сорвался и зачастил — баронесса ещё улыбалась и держала спину, но пальцы её на секунду сжали тк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Где приобрели земли, позвольте полюбопытствовать?

— В Чёртовой Лапе, — ответил я.

— Гм… Чёртова Лапа… — проговорил виконт с недоумением. — Что ж. У каждого рода свой путь наверх. Или куда-нибудь ещё.

Дальнейшее знакомство свелось к паре минут ни к чему не обязывающей светской беседы. Затем слуги пригласили гостей к столам, и приём продолжился, как раньше — только говорили теперь все чуть тише и вели себя осторожнее, иногда посматривая в сторону Краснова и его полковника на побегушках.

Я поднялся из-за стола и неторопливо направился к дальнему шатру, где угощали сопровождающих. Лапа, Цицерон, Клин, Муха, Вяз и Муромец сидели над полными тарелками, но не ели — в основном смотрели в одну точку, и точкой этой был затылок виконта Краснова.

Кто-то из ребят и сам топтал землю Мещерского в ту войну. Да и о проклятье Свята знали не понаслышке.

— Командир, — глухо произнёс Лапа, когда я подошёл. — Это ведь тот самый Краснов.

— Тот самый, — не стал отрицать я.

— Который капитана нашего…

— Который, — кивнул я и сел напротив, загородив ему обзор. — А теперь слушайте меня внимательно. Мы в гостях у баронессы Ольховской. Любая ваша выходка ударит не по Краснову, а по ней и по мальчишке. Поэтому сидим, едим, улыбаемся. Кто устроит Ольховским неприятности, тому я лично шею сверну. Вопросы?

— Никак нет, — пробасил Лапа после короткой паузы и взялся за вилку.

— Уточнение, — поднял палец Цицерон. — А если неприятности начнёт сам Краснов?

— Тогда это будут уже его неприятности, — ответил я поднимаясь. — И его шея.

Лапа хохотнул и заметно расслабился. Я хлопнул гвардейцев по плечам и двинулся обратно к своему столу.

Последующий час мы с Мирой так и сидели за столом с Браунштейнами, время от времени перекидываясь фразами и с другими гостями. А баронессу и её сына от неприятной компании Краснова спасало то, что Ольховские были хозяевами приёма и не могли сидеть на одном месте без дела.

То отойдут на пару слов к слугам, то переместятся к другому шатру, общаясь с другими гостями.

Улучив момент, Мира шепнула мне на ухо:

— Похоже, Ольга Аркадьевна просто не могла не пригласить виконта.

Я молча кивнул, дав понять, что тоже разделяю эту мысль. Очевидно, Ольховские чем-то обязаны Краснову и не могут его игнорировать. Однако же это положение гнёт их. Ольховским явно некомфортно даже поддерживать разговор с Красновым, и они используют любые поводы его избегать.

Притом сам Краснов будто бы наслаждался приёмом. Складывалось впечатление, что именно он здесь главная звезда. Притом вряд ли кроме слуг Краснова и полковника кто-то был рад его присутствию.

Что же до Рогачёва… Он ел, лавируя между столиками. А ещё больше пил.